• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: gackt (список заголовков)
18:45 

Всего одна ночь. Глава 1

Всего одна ночь.....
ЧАСТЬ 1

Рейтинг: NC-17
Жанр: Romance, Drama


Одно из первых моих произведений, героем которого является Gackt. Начала его в прошлом году, и только в этом, благодаря пинку моих Интернет-друзей соизволила продолжать и заканчивать. Пока готовы две главы из предположительно трёх-четырёх.
Я хотела написать не столько фанфик, в привычном смысле, сколько небольшой роман, главным героем которого является даже не собственно тот, кому он посвящён, а именно Gackt.



Меня зовут Розали Ламберт. Я родилась зимой 1975 года на севере Канады. Мою мать звали Кларисса Ламберт, именно её фамилию я ношу, а не отца. Отца я никогда не знала. Он был моряком, и его роман с моей матерью длился ровно три дня, пока он был в командировке в нашем богом забытом городишке на берегу океана. Всё что я знаю о моём отце, кроме его профессии, это то, что он был англичанином по имени Эдуард. И единственное, за что я по настоящему была благодарна матери, это за то, что она родила меня от этого мужчины. Судя по маленькому выцветшему фото, которое она хранила в своей записной книжке, он был настоящим красавцем. И я была удивительно похожа на него овалом лица, формой губ, синевой миндалевидных глаз, и золотистым цветом волос.
Кларисса Ламберт никогда не была хорошей матерью. Нет, я не хочу сказать, что она была груба или жестока со мной. Нет, не была. Но ей, казалось, совершенно не было до меня дела. Впрочем, ей не было дела ни до чего, кроме самой себя, и своих многочисленных ухажёров. Я никогда не могла поговорить с матерью по душам, поделиться своими проблемами. Она считала всё это глупостью, не достойной её внимания. Единственным по настоящему близким человеком для меня была моя подруга Аманда. С нею мы были вместе, сколько я себя помню. И она была тем единственным человеком, с которым мне было уютно. Не удивительно, что едва мне исполнилось восемнадцать, я поскорее сбежала вместе с Амандой из материнского дома в Америку.
Почти сразу после начала моей самостоятельной жизни в Лос-Анжелесе у меня появился постоянный бойфренд. Его звали Луис, он был мексиканцем, и был старше меня на восемь лет. Это был тот человек, которого мама никогда не одобрила бы. Луис слушал тяжёлый рок, ездил на байке, носил длинные волосы, и вся его спина была покрыта татуировками. Кроме того, он частенько напивался до полусмерти, и баловался травкой. Но рядом с ним я чувствовала себя настоящей женщиной, потому что этот ненасытный самец хотел меня чуть ли не каждую минуту. И кроме того, я была уверена в своей безопасности, ведь Луис был из тех, кого если не бояться, то уж точно опасаются.

В день, когда я встретила человека, навсегда изменившего мою жизнь, Луис в очередной раз напился до невменяемого состояния, и неожиданно обрушил на меня гору обвинений и ревности. Он обвинял меня в несуществующих изменах ему чуть ли ни со всеми мужиками района, вплоть до последнего грязного попрошайки.
Я пыталась остановить это безумие, и внушить ему, что он бредит, но в ответ получила такую пощёчину, что пролетела пару метров, и сшибла журнальный столик. После этого я поняла, что не могу больше оставаться с этим человеком. Я быстро собрала свои вещи, как дура надеясь, что Луис хотя бы извиниться. Но когда я выходила из его квартиры, последнее, что донеслось мне вслед, это грубое -"Шлюха!".
Я была как в страшном сне. Я брела куда-то по улицам города, не видя ничего вокруг. В руке сумка с моими довольно скудными пожитками, в глазах пелена слёз. Я понятия не имела, что мне делать, и куда идти. У меня даже не было денег для того, чтобы снять маленькую квартиру в самом бедном районе. Ведь меня всегда содержал Луис.
Я чувствовала себя гордой дурой, ведь в глубине души понимала, что без него мне путь только на панель. Я могла бы пойти к Аманде, но мне было стыдно перед ней, и перед её парнем Стивеном. Что я им скажу?
Горькие мысли настолько поглотили меня, что я не заметила, как вышла на дорогу на запрещающий сигнал светофора. И я не видела света фар несущейся на меня машины. Лишь оглушительный визг тормозов вернул меня в реальность, но я не успела даже испугаться, как получила сильный удар в район бедра, и с размаху врезалась лбом в асфальт. От боли перехватило дыхание, но сознание я не потеряла.
-Чёрт! Чёрт! -донесся словно издалека чей-то голос.
Меня приподняли чьи-то руки. Мужской голос, с сильным акцентом прокричал:
-Эй, ты жива? Чёрт побери, не хватало ещё, чтобы ты померла прямо здесь! Очнись же, ну!
Я с трудом открыла глаза. В них стоял туман, но я смутно увидела в свете фонаря лицо незнакомого парня, который склонился надо мной. Мне показалось, что у меня галлюцинации, ибо его лицо было самым красивым, что я видела в своей жизни.
-Живая! -в голосе незнакомца слышалось облегчение. -Чёрт, ты совсем с ума сошла? Совсем не видишь, куда прёшь?
Я села, и прижала ладонь ко лбу. Пальцы ощутили тёплую влагу. Кровь. Голова закружилась.
-Тебе в больницу надо, у тебя же всё лицо в крови! - крикнул парень. - Блять, ещё и посадят из-за такой идиотки!
-Не надо в больницу. -слабым голосом сказала я, злясь на него, и на саму себя. -Всё в порядке.
-Да какое в порядке, ненормальная? -рявкнул он в ответ. - Пошли!
Незнакомец поднял меня на ноги, и поднял мою сумку. Потом он посадил меня в свою красную машину (хотя я плохо соображала, но заметила, что она весьма дорогая), и забросил сумку на заднее сидение. Пока мы куда-то ехали, он курил. Салон сделался весь синий от табачного дыма.
Оказалось, мы ехали в пункт медицинской помощи. Там мне перевязали голову и запястье, вкололи внутривенно какое-то средство, и отпустили. По словам медицинской сестры, мне несказанно повезло. У меня даже не было сотрясения, а лишь несколько ссадин и сильный шок.
- Не была бы такой дурой, было бы сотрясение. -прокомментировал парень сбивший меня. Я даже удивилась, когда узнала, что он не смотался, едва доставив меня в больницу. Теперь, когда после укола моё сознание прояснилось, я смогла повнимательнее приглядеться к нему. Он был едва ли намного старше меня, высокий и стройный, даже худой. Явно не американец. Это было ясно по тому, что на английском он говорит не особо, да и черты лица у него были однозначно не европейские. Азиат, скорее всего японец. И мне вовсе не пригрезилось, что он красив. Я сказала бы больше, он был редкостно красив. Ему шли и давно немытые (или просто чересчур сдобренные лаком) рыжеватые волосы, и облегающие кожаные штаны, и странная, наполовину расстёгнутая цветастая рубашка. Глаза у него были просто потрясающие. Тёмно-карие, страстные, как у испанца, горящие огнём. Наверное, немало девиц сгорело в этом пламени, ох немало!
-А если бы ты был умнее, смотрел бы, куда прёшь! -заявила я настолько высокомерно, насколько смогла. Его насмешливый взгляд вызвал во мне бурю негодования.
-Я то смотрел, дорогая моя. А вот ты то, как раз, и пёрла. Пёрла на запрещающий сигнал светофора. - усмехнулся парень, и мне стало ещё и стыдно. - Домой то тебя отвезти?
- У меня нет дома. -ляпнула я, и тут же трижды прокляла себя за то, что несу явно лишнее.
-Ого. И где же ты, бедная, живёшь? -незнакомец вскинул брови.
-Я что, обязана перед тобой отчитываться? -огрызнулась я. -Мы не знакомы! Я даже не знаю, как тебя зовут! Не лезь ни в своё дело!
-Гакт. -сказал он, окидывая меня странным взглядом.
-Что? -не поняла я.
-Я сказал, что меня зовут Гакт. Если ты назовёшь своё имя, то мы будем знакомы. -парень обезоруживающе улыбнулся, и мне снова показалось, что он издевается. Я бы хорошенько треснула его, если бы не больная рука.
-Розали. -буркнула я.
-Очень приятно, Розали. Врач строго наказал мне не спускать с тебя глаз хотя бы несколько часов. Так что, дорогая моя, придётся тебе терпеть моё общество. -Гакт протянул руку. Я пожала её с выражением крайнего презрения на лице. Пусть не думает, что мне приятно его общество. Хотя, конечно, я должна была сказать ему спасибо, что он просто не переехал меня. Но уж больно насмешливо и плотоядно он смотрел на меня. Впрочем, удивляться было бы нужно, если бы я была маленькой толстой, прыщавой дурнушкой, а не длинноногой привлекательной блондинкой. Многие парни так на меня смотрели, чему удивляться... Но никогда это не трогало меня так как сейчас.
-Ты предлагаешь поехать к тебе? -иронично спросила я. -На чашку утреннего кофе?
-До утра ещё далековато, но раз ты у нас без места жительства, то я не могу бросить тебя здесь. Такую красивую леди наверняка кто-нибудь обидит…-сказал Гакт.
Ну, ещё бы! Я закатила глаза. Ладно, раз он предлагает, я буду дурой, если откажусь.

Мы приехали в небольшую квартиру в одном из довольно тихих районов города. Она находилась на тридцатом этаже, и из огромных окон открывался красивый вид на ночной Лос-Анджелес.
-Ты живёшь здесь? -спросила я, окидывая всё взглядом. Совсем не похоже на берлогу Луиса. Скромно, но со вкусом.
-Я снимаю эту квартиру. -сказал Гакт. -На самом деле я всего на неделю здесь.
-А, ясно. По работе? - спросила я, разглядывая стоящую у стены электрогитару.
-Вроде того. -парень сел на диван. -Ты чего-нибудь хочешь? Могу предложить пиво… из неалкогольного чай и кофе.
-Пожалуй, только чай. -не глядя на него бросила я.
Я пила чай, Гакт вино, и мы оба молчали. Я чувствовала себя как-то странно. Мне казалось, что я боюсь этого странного человека. Он часто бросал на меня взгляды, я кожей чувствовала их. Неожиданно, он сказал:
-У тебя удивительно синие глаза.
-Отцовские. -небрежно ответила я.
Гакт подошёл, взял меня за подбородок, запрокинул голову, и долго смотрел мне в лицо. Я задрожала, хотя страха не было совсем. Мне стоило больших усилий не отвести взгляд. Его взгляд был настоящим преступлением...
-Европейские девушки совсем не похожи на наших. Если честно, они кажутся мне гораздо интереснее. -сказал парень.
-Ты это к чему говоришь? -спросила я.
Он не ответил. Я смотрела на него, и видела каждую ресничку на его красивых глазах. Неожиданно я почувствовала, что благодарна этой ночи, и даже Луису, который предал меня. Я долго лгала себе, говоря, что люблю его. Это было ни так. Вдруг юноша, которого я знала всего чуть больше часа, стал мне казаться гораздо ближе него.
-Спасибо за чай. -тихо сказала я.
-Можно? -спросил он в ответ.
Я не поняла, о чём он, но бездумно кивнула.
Гакт склонился, и поцеловал меня. Сначала я опешила, и даже вздрогнула от неожиданности, но нахлынувшие чувства быстро овладели мной. Я распахнула губы в ответ, позволяя ему целовать меня, но не отвечая. Совсем не похоже на грязные, животные поцелуи Луиса. Нежно и сладко… боже, как сладко! На его губах был вкус вина, и он пьянил сильнее, чем, если бы я выпила целую бутылку. Парень сел рядом со мной, и взял меня за руку. Наши пальцы переплелись. Я смотрела ему в глаза, и чувствовала, что погибаю. И когда он поцеловал меня во второй раз, я ответила на поцелуй горячо и страстно, прижалась к нему, обняла его, и в моей памяти всплыли воспоминания о моей самой первой, и, к сожалению, несчастной любви. С тех пор, как тот мальчик предал меня, я перестала быть слишком романтичной. И забыла, как это бывает приятно и волнующе.
Я взобралась Гакту на колени, и мы целовались, пока не начинали задыхаться. А отдышавшись, снова искали губы друг друга. Я ощущала тепло его тела, оно манило меня, заставляло дрожать. Я, путаясь в пуговицах, расстегнула его рубашку, и прижала ладони к почти горячей обнажённой груди. Его сердце колотилось так же сильно, как и моё. Разум мутился моментально от его запаха, так не похожего на запах моего бывшего, от его страстного, даже бесстыжего взгляда. Я инстинктивно прижалась плотнее бёдрами к его бёдрам, и низ живота окатило жаром от его, уже такого очевидного, возбуждения.
Никогда я не чувствовала себя такой безумной, такой безрассудной. Никогда ни хотела никого так сильно, да тем более на третьем часу знакомства. Но сейчас все мысли неожиданно стёрлись из моей головы, как будто кто-то нажал на кнопку. Ушли страх, робость, нерешительность. Я умелым и ловким движением расстегнула ремень парня, затем пуговицы и молнию на брюках. Запустив пальцы под чёрную кожу брюк, я извлекла наружу горячий и твёрдый орган, и стала неторопливо поглаживать его рукой. Гакт, тяжело дыша и чуть слышно постанывая скользнул руками под мою майку, нашёл грудь, коснулся пальцами сосков сквозь тонкую ткань бюстгальтера, заставив меня задрожать ещё сильнее. Потом он подцепил майку, и задрал её до подмышек, а после весьма ловко справился с застёжкой лифчика. Мне осталось лишь снять их и отбросить в сторону.
Я ласкала совершенно возбуждённый член парня одной рукой, а другой вцепившись в его спутанные волосы. Он обхватил руками мою талию, слегка царапая ногтями спину, и прильнул к моей груди, полизывая и покусывая ставшие очень чувствительными соски. Меня била дрожь, тело охватила приятная истома, в трусиках стало тепло и влажно, и ужасно хотелось наконец их снять. Тогда я на миг отстранилась, расстегнула джинсы, а мой неожиданный любовник помог мне стянуть их вместе с бельём. Затем мы избавили от ненужных предметов одежды и его, оба оставшись совершенно нагими. У Гакта было очень красивое, изящное тело, и удивительно гладкая кожа, которой до боли хотелось коснуться губами. Такой аристократичный и утончённый, холёный мальчик...Совсем иной, чем немытый, обросший и провонявший потом, спиртным и куревом Луис. Восхитительный. Он откинул голову на спинку дивана, а я оседлала его бёдра,и уткнулась носом ему в шею, ощущая приятный аромат его духов и кожи. Руки юноши смело изучали моё тело, гладили спину, грудь, ягодицы, но едва его тонкие пальцы скользнули промеж моих ног, и один из них проник внутрь, я не сдержалась, и охнула. Невыносимо... Рука Гакта так умело ласкала мня ТАМ, что я просто извивалась от удовольствия, и громко бесстыже стонала, как какая-то прожжёная шлюшка. Но мне было всё равно. Я впилась поцелуем в губы парня, сжав его лицо в ладонях, легонько куснула его за нижнюю губу, наши языки соприкоснулись. В глазах Гаку были все грехи мира, они манили, дразнили, засасывали как трясина. И мне хотелось, чтобы меня туда засосало. Было не страшно. Если это и грозило мне гибелью, то только от неизъяснимого наслаждения, которое охватывало меня каждый раз, когда он касался меня. Юноша в последний раз провёл ладонью по моей промежности, размазывая вязкую влагу, и резко притянул меня к себе. Я с готовностью пошире раздвинула ноги, скользя раскрытыми губками вверх-вниз по его твёрдой плоти, и просто изнемогая от ослепительного желания. Гакт взял меня за бёдра, приподнял, и опустил, входя в меня на всю глубину, до упора. У меня даже звёзды замелькали перед глазами, а сознание на миг помутилось. Внутренние мышцы плотно сжали вошедший орган, и ощущение его внутри привело меня в настоящее исступление. Терпеть и ждать было невыносимо, и я немедленно начала скакать на бёдрах любовника, насаживаясь на него снова и снова. Гакт до боли вцепился руками в мои ягодицы, целуя, кусая и полизывая мои плечи и шею. Я нетерпеливо схватила его за подбородок, и запрокинула голову назад, чтобы видеть его глаза, чувствовать его дыхание на своём лице, целовать его до головокружения. Наши стоны звучали в унисон, сердца бешено колотились рядом друг с другом, гибкие бёдра двигались в едином ритме. Внезапно Гакт опрокинул меня на диван, подмял под себя, склонился надо мной, не останавливаясь ни на миг. Я обвила его бёдра ногами, а руками плечи, откинув голову назад, и разметав по дивану свои длинные золотистые волосы. Наши влажные от пота тела двигались в такт, тёрлись друг о друга, раздражая мои чувствительные соски. Не хватало воздуха для поцелуев, глаза закрывались сами собой, позволяя чувствам сконцентрироваться на происходящем ниже. Не отдавая себе отчёта в словах и действиях, я потребовала:
-Сильнее!
Ощущения были сильны и конкретны, налитой, пульсирующий горячий сгусток в промежности требовал не соприкосновений - толчков, ударов. Парень подчинился. Из его горла вырывались короткие стоны. Я скользнула рукой вниз по своему животу, лаская себя, и касаясь пальцами твёрдой плоти, ровными толчками входящей в моё тело, непроизвольно выгибая спину, постанывая и задыхаясь. Гакт запустил пальцы в мои волосы, приподнимая мою голову, и целуя меня горячо, развратно. От этого поцелуя, всё более быстрых движений наших бёдер, ощущения скользящих по телу рук, я почувствовала, что уже совсем близка к разрядке. Мышцы живота стянуло, по телу разлился пьянящий жар, сердце колотилось как заведённое, и казалось, вот-вот вырвется из груди. Я тихо выругалась, словно сквозь вату слыша, как мой любовник слабо шепчет незнакомые слова на японском, уткнувшись мне в шею. Его дыхание обжигало. Ну же!!!
Ещё одно судорожное движение, и внутри словно что-то лопнуло, жаром окатывая живот, и дрожью отдаваясь во всём теле. Я вскрикнула от этого ослепительного наслаждения, ещё сильнее, изо всех сил сжимая ногами бёдра Гаку. Он застонал на выдохе, выгибаясь, царапая мои плечи, толкнулся в последний раз, и кончил в меня. А потом он рухнул мне на грудь, словно руки внезапно подломились.
Юноша весь дрожал, и очень тяжело дышал. Я провела рукой по его лицу, пальцами зачесала назад его влажные рыжеватые волосы, и улыбнулась, осознав, каким блаженством наполнены его прерывистые вздохи.
Несколько минут мы просто лежали, я спиной на кожаном диване, а он на мне, и отдыхали, приходя в себя. Я расслабилась, по телу разлилась приятная истома, смешанная с сонливостью. Смотрела, как жемчужные капли пота катятся по его шее, как мелко дрожит его стройное тело. А когда Гакт посмотрел на меня томным взглядом из под полуопущенных ресниц, моё сердце сжалось. Боже, какой он удивительный.
Чуть позже мы перебрались на кровать, и продолжили с того места, где остановились. У нас впереди была длинная ночь... Наверное этой ночью я совершила все безумства, на какие только способна влюблённая женщина.

Я проснулась, когда лучи утреннего солнца коснулись моего лица. Во всём теле ощущалась такая приятная истома, что не хотелось шевелиться и открывать глаза. Я вспомнила всё, что было этой ночью, и почувствовала прилив радости и нежности. Протянула руку, надеясь коснуться тёплого тела молодого мужчины лежащего рядом, но мои пальцы сжали ткань покрывала. Резко, и почти испуганно открыв глаза, я всё-таки увидела его. Гаку стоял у большого, во всю стену, окна, совершенно обнажённый, задумчиво смотрел на залитый лучами восходящего солнца город, и курил. Я невольно залюбовалась этим зрелищем. Сверкающие за окном небоскрёбы из стекла и бетона, золотой рассвет, и мой красавец, мой неожиданный любовник, на коже которого играли солнечные лучи.
Я встала, ёжась от утренней прохлады, подошла к нему, ступая босыми ногами по паркету, и обняла. Гакт приобнял меня за талию в ответ, однако, даже не взглянув на меня. Мы стояли так минут пять, просто глядя на восход. А потом он вдруг тихо сказал:
-Ты очень красивая.
Я вскинула голову, и посмотрела ему в лицо. Но он по прежнему избегал моего взгляда.
- Спасибо. - шепнула я, склоняясь головой к его плечу.

После мы вместе принимали ванну, как герои любимой моей матерью "Красотки". Гаку молчал, пока я легко и нежно касалась его груди, размазывая мыльную пену, и рассказывала о своей жизни. Я не утаила от него ничего, даже историю моего романа с Луисом, но он так ничего и не сказал в ответ. Я хотела узнать больше о нём, но, очевидно, он не желал раскрывать свою душу для меня.

Я придумала себе слишком много этой ночью, решив, что теперь мы вместе, и навсегда, как сказочная принцесса и прекрасный принц, спасший её из заточения в тёмной башне . Всё-таки я такая романтичная дура! По этому когда в минуты нашего прощания у двери я попросила номер его телефона и услышала - "Прости, детка, я не могу", это стало настоящим ударом. Я с надеждой, и предательски дрожащим голосом спросила:
- Увижу ли я тебя ещё?
Гакт ответил:
-Думаю, да.
И вложил в мою ладонь два билета на какой-то концерт. Я не приглядывалась, но ощутила радость, решив, что это приглашение. Но парень сказал:
-Для тебя и твоей подруги.
Я опустила взгляд в пол.
-И ещё..вот, возьми. -Гакт вытащил из кармана небольшую стопку долларовых бумажек. Меня это даже оскорбило.
-Нет, я не возьму! -сказала я с плохо скрываемой обидой.
-Я не хочу, чтобы ты снова вернулась к тому мужчине, что обидел тебя. На эти деньги ты сможешь снять жильё. Найди работу, и постарайся больше не влипать в неприятности, хорошо? -С этими словами он поцеловал меня в уголок губ и ушёл. А очень я хотела снова броситься к нему, но не решилась...

Спустя два дня, дождливым, холодным вечером мы с Амандой пришли в клуб, который был указан на подаренном Гактом билете. Нас удивило обилие странных неформальных людей среди публики. Среди них нам даже стало не по себе. Я чувствовала, что подруга очень хочет уйти, но умоляла её потерпеть хоть немного. Сама я судорожно искала в толпе знакомое лицо, но не находила его. Зачем мы здесь? Что здесь происходит? Как это связано с Гаку, и что он хотел мне сказать, пригласив меня сюда? Ответ я получила внезапно, и он стал для меня совершенно неожиданным.
На сцену вышли музыканты, разряженные красиво, и одновременно очень странно. В их обликах роскошь эпохи барокко на редкость гармонично перекликалась с готичностью. Мне не приходилось видеть подобного, и меня это заворожило. Однако мне довольно сложно было определить издалека, мужчины они или женщины. Наряды и макияж на лицах каждого создали путаницу в моей голове, и я больше склонялась ко второму варианту. Но спросив об этом сидящую рядом девушку, и получила удививший меня ответ, что они все мужчины.
Когда незнакомая группа начала выступление, я поняла, что их музыка весьма красива. Но вскоре меня отвлёк от всего прочего голос вокалиста, знакомый, и поющий по японски. Я вскочила со стула, как ужаленная, и бросилась ближе к сцене. Толпа беснующихся фанаток не пустила меня так близко, как мне хотелось, но я всё равно отчётливо разглядела лицо певца. И это был ОН.
В этот миг я поняла всё. Парень, которого я так неожиданно повстречала, и в которого имела неосторожность влюбиться, был вокалистом весьма знаменитой группы. У него были слава, деньги, и всё, что он мог пожелать. А я... я была лишь мимолётным увлечением, даже нет, игрушкой... И было глупо надеяться на что-то большее. Я должна была быть рада тому, что он вообще обратил внимание на меня, нестоящую и никчёмную девицу. Наверняка он тоже считает, что я дешёвая шлюшка... Так вот зачем Гакт пригласил меня: чтобы я поняла, как недосягаем он для меня. Что я его не стою. Просто сказать это мне в лицо у него не хватило смелости.
Я смотрела на него, слушая чарующие звуки его чувственного голоса, и следя за его изящными движениями. А в глазах стояла пелена слёз. На миг мы всё же встретились глазами, и тогда он улыбнулся мне. Но эта улыбка была так же мимолётна и обманчива, как чувства, которые он пробудил в моём сердце...
Из клуба я убежала не дождавшись и середины концерта. По лицу градом катились слёзы, и я со злостью утирала их, размазывая по щекам тушь. Аманда семенила за мной, удивлённая и испуганная моим поведением. я ничего ей не рассказала, и твёрдо решила, что не расскажу. Ведь всё, что случилось, было моей очередной ошибкой. Я жестоко обманулась, снова...

Я сняла небольшую квартирку в небогатом районе города, и решила что буду одна. Во мне была обида на весь мир, и я могла общаться только с Амандой. Много раз я хотела открыть ей, что у меня на душе, как это было всегда, с самого детства. Но каждый раз что-то меня останавливало. Подруга была счастлива со своим Стивеном, и я не хотела грузить её своими проблемами.Пару раз она пыталась познакомить меня с друзьями своего бойфренда, но я вела себя холодно. Это слегка обижало Аманду, но она не подавала виду.
Я нашла себе работу официанткой в одном из ближайших баров. Это было не самое лучшее место для девушки вроде меня, но на лучшее рассчитывать не приходилось. Посетители нередко сыпали в мой адрес пошлыми шуточками, и временами норовили хлопнуть пониже спины. С этими хамами я не церемонилась, и порой отвешивала им хорошие пощёчины, чем несказанно злила начальство, и ставила себя под угрозу быть вышвырнутой на улицу. Но я была не из тех кто готов терпеть.

Спустя чуть больше месяца я неожиданно заболела. У меня жутко кружилась голова, одолевала невероятная слабость, и бесконечно тошнило. Работать в таком состоянии я не могла, и пришлось взять неоплачиваемый отпуск.
Мне не становилось лучше больше недели, но первыми подозрения возникли у Аманды, когда однажды вечером она наведалась ко мне.
-Рози, дорогая... -сказала она вдруг тихо, когда я в очередной раз с трудом оторвалась от унитаза. -У тебя случайно нет задержки?
Сначала я даже усмехнулась в ответ на это глупое предположение, но потом меня словно током ударило. Я лихорадочно стала считать в уме, и страшное опасение подтвердилось. Я обо всём забыла из-за своего недомогания, которое считала отравлением или вроде того, и даже не обратила внимания на то, что задержка у меня уже около двух недель.
В голове тут же пронеслась успокаивающая мысль о том, что такое бывало и прежде, но потом всё приходило в норму. Не надо себя накручивать!
Но спустя ещё дней пять я уже была сама ни своя от волнения. И одним поздним вечером меня словно переклинило, и я, вскочив с дивана, бросилась в ночную аптеку за тестом на беременность. Меня колотило, когда я делала его, и увидев чёртовы две полоски, я сползла вниз по стене совершенно изнеможённая и опустошённая. Нет, этого не может быть!
Я всегда пила противозачаточные таблетки, когда жила с Луисом. И хотя бывало, что я иногда забывала это делать, нежелательные последствия, к счастью, обходили стороной. И сейчас, сидя на полу около двери ванной, я судорожно прокручивала в голове события почти двухмесячной давности. Я вспомнила, что не принимала таблетки как минимум две недели до нашего расставания. Неужели, этот ничтожный срок стал роковым?
Почему то я ни на миг не задумалась о том, что отцом этого ребёнка может быть не Луис.
Как бы то ни было, я не могла позволить себе оставить ребёнка. Это было бы концом всему. Моей работе, моей свободе, моей молодости... Я вдруг поняла, что могу многое потерять.
В двадцать один год так хочется жить для себя, и вешать обузу на свою шею у меня не было ни малейшего желания. По этому я шла на аборт совершенно уверенно и спокойно. Я просто уберу проблему, и никогда не вспомню о ней.
Однако у двери кабинета со мной что-то случилось. Я слушала разговоры сидящих рядом женщин, которые не могли иметь детей, и очень страдали от этого. Они говорили, что убить своё дитя по собственной воле может только чудовище. И этим чудовищем была я.
Неожиданно я ощутила отвращение и презрение к самой себе, и поняла, что я не смогу. У меня не хватит духа, как не хватило когда то у моей матери, когда она узнала, что беременна мной. И я почти убежала из больницы, глотая слёзы, и проклиная себя и весь окружающий мир.

@темы: Gackt

18:47 

Всего одна ночь. Чась 2

Часть 2

Я вынуждена была уйти с работы, потому что босс твёрдо дал понять что с пузом я ему не нужна. Пришлось устроиться уборщицей в соседний магазин. Платили здесь меньше вдвое, и мне хватало лишь на то, чтобы платить за квартиру, и чтобы не умереть с голоду. Аманда пыталась помогать мне, но мне было до ужаса стыдно принимать эту помощь. Меня охватывало отчаяние. В голове сотню раз возникала мысль вернуться к Луису. Он подонок, но почти наверняка не отвергнет своего ребёнка. Я победила гордость, и набрала его номер. Холодный женский голос сообщил мне, что абонент недоступен. Это продолжалось неделю, и тогда, собравшись с силами, я решила поехать в квартиру, где мы с ним жили. Когда я подошла к двери квартиры, у меня дрожали ноги. Как Луис воспримет моё появление. Как отнесётся ко мне? Ведь в странном бледном существе с мешками под глазами, нелепым "конским хвостиком" и в поношенной курточке, слегка скрывающей немного округлившийся живот, было так трудно узнать ту, кого он называл "своей деткой". Дверь открыла незнакомая расфуфыренная киса в шортах и лифчике, жующая жвачку.
-Тебе кого? -небрежно спросила она, окинув меня недовольно-презрительным взглядом.
-Позови Луиса! - так же презрительно ответила я.
-Луиса? -она ухмыльнулась. -Нету тут никакого Луиса! Проваливай!
-Послушай ты, кукла! -вскипела я. - Я сюда не с тобой беседовать пришла!
- Да пошла ты, идиотка! Луис уже два месяца, как уехал на родину. Опомнилась, видите ли! Иди отсюда! -перед моим носом захлопнулась дверь.
У меня закружилась голова, и я ухватилась за стену. Луис давно собирался вернуться в Мексику. Всегда говорил, что его тошнит от Америки. Это значит, что больше я его не увижу, и помощи от него не получу никакой.
Видимо судьба решила добить меня окончательно, ибо на следующий день утром мне пришло письмо от нотариуса из моего родного городка. В нём говорилось, что моя мать - Кларисса Ламберт, скончалась пять дней назад после продолжительной болезни. Я ощутила острую боль в животе, сложилась пополам, и тяжело опустилась на диван, судорожно сжимая в руке письмо. Когда боль утихла, я смогла дочитать его до конца сквозь пелену слёз. Я никогда не была близка с Клариссой, но она всё же была мне матерью, и вырастила меня в тепле и сытости. Я чувствовала себя неблагодарной свиньёй, ведь я даже не знала, что мама больна. Я очень редко отвечала на её звонки, а сама звонила ещё реже. За последний год я всего раз позвонила ей, и не придала значения её печальному голосу. Я представила, как она одиноко умирала в своей постели, а рядом не было ни одного близкого человека, и расплакалась. Ведь я была единственным её родственником.
На следующий день я покинула Лос-Анджелес, и вернулась в родной городок на севере Канады. Когда я доказала, что являюсь наследницей, мне передали ключи от материнского дома. В маленьком домишке мало что изменилось со дня моего отъезда. Здесь всё было чисто убрано, все вещи стояли на своих местах. Позже я узнала, что во время болезни мамы за домом ухаживали её подруги и соседки - Марджери и Мария. На комоде я нашла письмо от матери. Когда я читала его, сидя на полу, меня душили рыдания. Мама просила у меня прощения за то, что не оказывала мне должного внимания, и не была достаточно ласкова со мной. Но она всегда любила меня, и не держит на меня зла за то, что я покинула её. Она простила меня. Но смогу ли я сама себя простить?
Я взяла хозяйство в свои руки, и уладила проблемы, накопившиеся за время болезни мамы. Мне не хотелось общаться ни с кем, и соседи, сначала проявлявшие устойчивый интерес, вскоре оставили меня в покое. Правда Мардж и Мария всё же изредка навещали меня, и интересовались моим самочувствием. Я холодно отвечала, что со мной всё в порядке, но в глубине души была благодарна им.
Прошла зима, за ней пришла прохладная и дождливая весна. Я проводила недели и месяцы в одиночестве. Единственным живым существом, которое находилось рядом, был старый кот. Этот свободолюбивый котяра раньше жил в доме мамы, но после её смерти надолго пропал. И только теперь, спустя несколько месяцев соизволил вернуться. Первое время он относился ко мне враждебно, но со временем привык, и мы даже подружились. Долгими вечерами он отгонял от меня тоску, лёжа рядом, и звонко мурлыча.
Однажды вечером я читала книгу, сидя на диване. Книга почти горизонтально лежала на моём уже внушительном животе. Ощутив резкий толчок внутри, я поморщилась, и прилегла.
Неожиданно позвонили в дверь. Меня это разозлило, никого не хотелось видеть в такое время. Но я с трудом поднялась с дивана, доковыляла до двери, и с крайне раздражённым видом открыла её.
-Аманда! - вырвалось у меня.
-Рози, дорогая! - она бросилась ко мне, и крепко обняла. -Ой, ты уже такая круглая!
Я обняла её в ответ, не веря своим глазам.
-Почему ты здесь? - спросила я удивлённо.
-Да...радостно ты встречаешь лучшую подругу, ничего не скажешь! -Аманда фыркнула.
-Нет, я рада тебя видеть! -попыталась оправдаться я. -Просто это так неожиданно!
-Я приехала тебя проведать! Могу же я соскучиться по подружке, не так ли? -Аманда снова меня обняла. - Рози, ты такая бледная, бедняжка! Совсем на себя не похожа.
-Ребёнок сильный. Не даёт мне покоя, прямо как его папаша. -буркнула я.
-Уже сколько? -поинтересовалась подруга.
-Почти семь месяцев.
-И ты, конечно, не знаешь, мальчик это или девочка!
-Мне не интересно.
-Какая глупая! -Аманда покачала головой.
- Наверное это покажется тебе жестоким, но у меня нет чувств к этому ребёнку. Аманда, со мной что-то не так? -я взглянула на неё.
-Это из-за того, как Луис с тобой поступил? Дорогая но ребёнок же не виноват. - ответила подруга.
-Я знаю.
Она печально погладила меня по плечу.
-Я такая же, как моя мать . Наверное, я повторю её судьбу. - шепнула я. -Аманда, я такая дура, даже не предложила тебе чаю с дороги!
Мы проболтали до ночи, как в старые времена, смеялись, и я на время забыла о своей депрессии. Так хотелось, чтобы Аманда побыла со мной подольше. Но уже на утро за ней приехал её парень, и они уехали, снова оставив меня наедине с воспоминаниями, обидами и одиночеством.

В начале мая я родила дочь. Роды были долгими и мучительными. Врачи думали, что я не выживу. Но первый крик новорожденного неожиданно дал мне необычайные силы, заставив держаться и жить. Пожилая акушерка сообщила мне, увидев, что я открыла глаза:
-Милая, смотри, какую красавицу родила!
Когда мою дочь дали мне на руки, и я впервые взглянула на неё, ко мне пришло осознание того, что Луис, вопреки моим предположениям, к рождению этого ребёнка совершенно непричастен. Я замерев смотрела на личико младенца, понимая, что родила это дитя от того парня, Гакта, моё знакомство с которым ограничилось одной лишь ночью... Девочка была похожа на него просто удивительно.
Как бы не была велика моя обида на Гакта, для которого я была лишь игрушкой, осознание того, что ребёнок от него, заставило меня без раздумий решиться оставить дочь. Я выращу её, воспитаю, и дам всё, что могу, как это сделала для меня моя мать. И я обязательно постараюсь стать для этой маленькой красотки лучшей матерью, чем была моя для меня.
Я долго думала над именем для ребёнка. И в конце концов решила, что оно должно быть японским. Перерыв кучу книг, я выбрала имя, которое сочла наиболее подходящим - Акеми, что значит "ослепительная".

Конечно, мне было очень тяжело. Наследства, оставленного матерью, едва хватало на то, чтобы сводить концы с концами. Работать я не могла. У меня не было денег на няню. Я не могла позволить себе покупать хорошую одежду для себя, и даже должным образом следить за собой. Все средства уходили на Ами. К счастью, она была крепкой и здоровой крошкой, и росла ни по дням, а по часам.
Когда дочери исполнилось пол года, я, собрав волю в кулак, всё-таки обратилась к подруге моей матери, Марджери, с просьбой присматривать за Акеми, пока я буду работать. Денег не было совсем, и чтобы не умереть с голода, нужно было что-то срочно делать. Прося соседку об этом, я смотрела в пол. Мне было ужасно стыдно, ведь я просила её о помощи, за которую не смогу заплатить. К счастью, Мардж оказалась очень понятливой и доброй женщиной. Она без раздумий согласилась, ведь моя Ами , как она выразилась, "просто станет для неё ещё одной из её внуков". Это было спасением для меня, и я готова была целовать руки этой женщины, но она сказала, что в своё время моя мать много сделала для неё, и она рада отплатить за это её дочери.
Я нашла работу в одном из немногочисленных кафе. Платили немного, но этого хотя бы хватало, чтобы дочь была сыта и одета. О дочке я могла не волноваться. Марджери была добра к Ами, как к одной из её многочисленных внуков, и говорила мне, что уже считает её родной.

Так шли годы. Мы с Акеми жили в маленьком канадском городке, и были одной из самых обычных здешних семей. Одиноких мам вроде меня здесь было около десятка. С двумя из них, Мари-Энн и Эванной я даже завела дружбу, поскольку их дети были ровесниками и друзьями моей дочери.
Ами росла подвижной, смелой, бойкой, и на редкость красивой девочкой. У неё были тёмные волосы, и заметно азиатские черты лица. Она была похожа на Гакта даже больше, чем я на моего отца. С самого детства Акеми имела лишь одну большую мечту - она хотела стать звездой. Я не сумела проследить, откуда мечта возникла, но почему-то она пугала меня. Кровь её знаменитого отца сказывалась на ней. К счастью, она поверила, когда на робкий вопрос о своём отце, получила ответ, что он капитан дальнего плаванья. Ну, из тех, у которых в каждом порту жена...
Аманда за прошедшие годы ни разу не приезжала ко мне. Я много раз думала о том, где она, и что с ней, но я не знала её адреса, а единственный известный мне телефонный номер был недоступен. С самого детства мы с подругой были неразлучны, она была мне как сестра, и мне очень хотелось наконец увидеть её.
Так же я много раз думала про Гакта. Я почти ничего не знала о нём, но так много раз в нём нуждалась. И Акеми тоже. Конечно, он ничего не знает о своей дочери, и, скорее всего, совсем забыл обо мне. Но для меня он был гораздо большим, чем хотелось бы.
Все прошедшие годы я была одинока. И, нужно сказать, я не искала никого. Поэтому появление в моей жизни Роджера стало неожиданностью, и, в каком то смысле, подарком судьбы. Он был сорокалетним, холостым, и довольно состоятельным бизнесменом. Он поселился по соседству. Роджер искал женщину, с которой можно было бы завести ни к чему не обязывающий роман. Мне было уже почти тридцать, и в глубине души я считала, что моя молодость была упущена. Я хотела, наконец, найти того, с кем смогу разделить свою жизнь. Но Роджер был не готов к этому. Он готов был давать мне деньги, дарить дорогие подарки за то, что я сплю с ним, но любой разговор о браке приводил его в ярость.
Акеми, которой в ту пору исполнилось восемь, почему то сразу невзлюбила Роджера. Она привыкла жить в нашем с ней женском мирке, и пускать туда постороннего мужчину не желала. Мне даже стало казаться, что мои отношения с Роджером отдаляют дочь от меня. Я сопротивлялась её капризам, не собираясь жертвовать своим женским счастьем, и поняла, что Ами считает себя преданной. Вдруг я чётко узнала в этой ситуации саму себя и мою собственную мать много лет назад... Моя мать искала любовь, а я всячески старалась помешать этому, люто ненавидя каждого мужчину, который просто стоял с ней рядом. Я считала её предательницей, а она лишь искала счастья... Теперь я так понимала маму, и у её могилы снова и снова просила прощения.
Неужели моя дочь тоже будет считать меня плохой матерью?

Мой роман с Роджером продлился год. Я бросила его сама, решив, что наши отношения бессмысленны. Спустя ещё пол года в моей жизни появился Том... Через пару месяцев его сменил Джеймс. Я чуть ли не маниакально искала "своего человека", а моя взрослеющая дочь, увидев меня с очередным ухажёром, неизменно с ироничным смешком скрывалась в своей комнате.
К четырнадцати годам Акеми стала самой красивой девочкой нашего маленького городка. У неё не было отбоя от поклонников, к тому же она великолепно пела, и её выступления на школьных концертах приводили в восторг ни только учителей, но и почти всех городских парней. Я почти потеряла контроль над дочерью. Наше общение сводилось в основном к паре слов о школе и отметках. Но об этом я не волновалась, Ами училась всегда успешно. Она росла уличной девчонкой, появляющейся дома лишь на ночь. В определённый момент я начала бояться, что она принимает наркотики, пьёт, или в столь юном возрасте уже спит с мальчиками. Но в ответ на мои расспросы она делала осуждающее лицо, словно обвиняя меня в недоверии и глупых подозрениях. Мучимая страхами я расспрашивала школьного психолога, но она лишь качала головой, говоря, что с Акеми всё хорошо, и не происходит ничего ужасного кроме её переходного возраста.
На какой то миг я вдруг испугалась, что она поступит со мной так же, как я со своей матерью. Я на время перестала думать о своей личной жизни, которая не желала складываться, и стала пытаться сблизиться с дочерью. Но между нами была стена. И в один день я услышала от неё то, чего боялась -"Ты никогда не была мне хорошей матерью!"

********************************************************************************

Меня зовут Акеми Ламберт. Мне недавно исполнилось семнадцать. Я ненавижу своё имя. Да, я знаю, что оно значит, но это не делает его менее странным для севера Канады. Не знаю, чем руководствовалась моя мать, давая его мне... Но благодаря ему все мои одноклассники и друзья с самого детства неизменно звали меня Акеми-сан. Мне стоило большого труда добиться, чтобы все звали меня только сокращённым именем - Ами. Я всегда чувствовала странное влечение к Японии, с самого раннего детства.
И я немного похожа на японку. Мама не говорит со мной о моём отце, но я почти уверена, что он именно японец. Я ни разу в жизни не видела его, у мамы нет даже самой маленькой его фотографии. И она даже не имеет понятия где он находится, чем занимается, и жив ли он вообще!
Моя мать, Розали Ламберт, женщина свободолюбивая и независимая. Я всегда была для неё обузой. Я мешала её личной жизни, убивала её молодость, и всё тому подобное. Она очень красива, хотя ей уже почти сорок, и у неё куча поклонников. Но, к сожалению, она либо глупа, либо форменная неудачница, поскольку почти каждый её роман заканчивается разочарованием и рекой слёз в подушку. И я по обыкновению становлюсь в её глазах виновницей её неудач... Далеко не лучшая мать, одним словом.
Моим спасением от то бурной опеки, то от презрения матери, были мои друзья. Рик был со мной с детства, и я считала его почти братом. Он был "ботаником", но у него было доброе сердце. А ещё он умел играть на гитаре, и часто подыгрывал мне, когда я пела. Моей лучшей подругой была Лиззи. Стерва, конечно, ещё та. Но я её всегда любила и уважала, поскольку лучше неё меня не понимал никто. Ещё была Роксана. Она была моей подругой гораздо меньше, чем Рик и Лиззи, но я ценила её не меньше. Она писала отличные песни, причём специально для меня!
Что до бойфренда, то, как не удивительно, у меня его не было. Никогда. И вовсе не потому, что я никому не нравилась. Напротив, парни за мной всегда бегали. Но парни нашего города -это жуткое недоразумение природы (прости, Рик, ты немного лучше других). А особенно - Джексон Прайс. Этот тип возомнил меня своей девушкой лишь потому, что у меня, по его словам "упругая попка и красивая грудь". Я ему никогда не давала поводов для надежды на взаимность. Напротив, я чётко и в весьма грубой форме объяснила, куда ему пойти. Но он, сынок богатого отца, привыкший получать всё, что хочет, и не думал отступаться. Вот и сегодня было то же самое...
Мы с друзьями стояли во дворе школы, ожидая школьный автобус. Рик бренчал на гитаре, Лиззи тараторила по мобильнику, Роксана молча жевала жвачку, а я хмуро смотрела на прохожих.
-Эй, может тебя подвезти, детка? -услышала я ненавистный голос. Обернувшись, я увидела новенький модный автомобиль без верха, в котором восседал Прайс. Он был старше всего на год, но папаша уже подарил ему тачку, на которую моя мать копила бы всю жизнь.
-Иди в задницу, Прайс. - ответила я.
-Грубо, Ламберт. -он криво усмехнулся. -Не подходит такой красоточке.
-Слышь, Прайс, отвали, а? - рявкнула Лиззи, не отрываясь от телефона. А потом поспешно воскликнула: -Нет, котик, это я не с тобой!
Джексон хохотнул.
-Слушай, с чего ты вообще взял, хорёк ты облезлый, что ты мне нужен? -спросила я раздражённо. - Меня от тебя тошнит.
-Да ладно, чего ломаешься? Весь город знает, что твоей мамаше любой заезжий негр за пару баксов может юбку задрать! И ты, уверен, только строишь из себя невинную целочку.-сказал Прайс издевательски.
Меня аж затрясло от гнева. Но я не успела и слова сказать, как Рик вдруг бросился вперёд, и со всей силы огрел этого мерзавца гитарой по его тупой башке.
-Возьми свои слова назад, выродок!!! -взревел Рик. Таким я его за 12 лет дружбы ещё не видела. Прайс громко и грязно ругался, отмахиваясь от него.
-Отсоси, очкарик! Будто я не прав! -заорал он. -Кто твой папаша, Ламберт?! Небось один из тех, кто дал твоей мамочке денег, за то, чтобы трахнуть её!?
-Если ты не заткнёшся, Прайс, я разобью твою мерзкую рожу об капот твоей же пафосной тачки! - заорала я в ярости.
-Да пошла ты, на кой чёрт мне проституткина дочь? - заявил тот, и, нажав на газ, уехал. Рик ещё долго бежал за ним, осыпая его проклятиями.
Я всё ещё была в бешенстве. Я даже наорала на Рика, за то, что вмешался. Мне было жаль его гитару, которая треснула от удара о пустую башку этой мрази Прайса. Но это был далеко ни первый раз, когда я слышала подобные вещи о моей матери. Пол города думало точно так же.
Прошла всего пара дней, и что то дёрнуло меня вновь заговорить с мамой о моём отце. Мне не давало покоя то, кто он, и я намеревалась выяснить всё, что возможно. Я уже не верила в сказки о капитане дальнего плавания, или геройски погибшем лётчике-испытателе. И я готова была принять любую правду, даже самую неприятную. За ужином я сказала матери:
-Мам...я знаю, что тебе это не понравится, но я всё же хочу знать, кто мой отец.
Мама резко вскинула глаза, и пронзающим взглядом посмотрела на меня.
-Я говорила тебе это. -холодно сказала она.
-А теперь скажи правду! Я не пятилетнее дитя, чтобы верить в сказки про лётчика, аиста и капусту!!! - сказала я настойчиво. -Мой отец...он был японцем, не так ли? Я похожа на него?
-Я не хочу говорить об этом, Ами! -сердито сказала мать.
-Но почему? -воскликнула я в негодовании. - Мне уже семнадцать лет! Я имею право знать имя мужчины, который дал мне жизнь!
-Жизнь тебе дала я! -так же повышенным голосом произнесла мама. -А твой папаша...он даже не знает, чего мне стоило сделать это, и воспитать тебя! Видит Бог, я старалась сделать это достойно, и лишь малая часть моей вины в том, что ты выросла неблагодарной!
-Неблагодарной? А за что мне быть благодарной? -спросила я прищурившись. -За то, что ты, очевидно, и сама не знаешь, кто мой отец, из тех, с кем ты...
-Закрой рот, маленькая дрянь! -взревела мама, и ударила меня по щеке. Я вскрикнула, и отшатнулась, глядя на неё с ужасом и яростью одновременно. Нет, это уже слишком! Бить меня она себе ещё не позволяла.
Мать и сама, кажется, была в шоке от своего поступка.
-О боже, Ами, девочка моя, прости! -воскликнула она. -Я не думаю, что делаю!
-Ты никогда не думала, что делаешь! -сказала я предательски дрожащим голосом. На глазах выступили слёзы. -И когда ты рожала меня, тоже! Если я никогда не была нужна тебе...
-Это ни так, Ами! Что ты говоришь? -мама попыталась обнять меня, но я отпрянула.
-Ты всегда думала лишь о себе. - сказала я с болью и яростью. -Я думала, что у меня нет только отца, но на деле у меня нет и матери!
Не обратив внимания на ужас и отчаяние в глазах матери, я развернулась, бросилась в комнату, и заперлась там. Внутри бушевали злоба и негодование. Эта женщина никогда не была близка ко мне, как положено родной матери. Больше всего на свете я мечтала уехать из этого дома, и как можно дальше.

Как ни странно, всего спустя месяц такая возможность внезапно пришла.
Мы закончили школу, отпраздновали выпускной, и каждый получил свой путь во взрослую жизнь. Мать считала, что я буду жить и работать в родном городке, но мне всё здесь было ненавистно. Мне хотелось отправиться далеко, в большой город, где я смогу достичь всего, о чём мечтаю. С самого детства я мечтала о славе. Конечно, этого хотят почти все, но не многие способны этого достичь. Я верила, что у меня получится.
Так вот, ни прошло и двух недель после выпускного, как я собрала самые нужные вещи, деньги накопленные за несколько лет, и отправилась прямиком в Нью-Йорк. Конечно, не одна. Верный Рик последовал за мной. Лиззи и Роксана не поехали с нами, испугавшись неизвестности. А нам не было страшно. Другу пришлось чуть ли не сбежать, поскольку родители закатили скандал, не отпуская его. Да и моя мать буквально закрыла дверь собой, причитая, и умоляя меня одуматься. Я была непреклонна. И была уверена, что покидаю этот дом навсегда.
Нью-Йорк встретил нас с Риком во всём великолепии. Мы были буквально ослеплены величием мегаполиса, и возможностями, которые он давал. Мы готовы были жить в подвалах и есть отбросы, но оставаться здесь. Нам казалось, что лишения будут вознаграждены.
Мы с другом сняли дешёвую комнату в общежитии, где оконная рама не закрывалась до конца, обои были частично ободраны, а в кроватях водились клопы. Но мы были довольны и этим. На еду денег почти не было, и нам пришлось потуже затянуть ремни. Бывало, что целый день проходил на хлебе и воде. Зарабатывали мы, выступая в подземке. Рик играл, а я пела. Зрители собирались всегда, и многим нравились наши выступления, но денег это приносило немного, к тому же копы частенько утаскивали нас оттуда за шиворот. Однажды мы даже провели ночь в отделении полиции.
Прошёл всего месяц, и мы с Риком поняли, что Нью-Йорк, оказывается, жесток к чужакам. Но мы держались, и поддерживали друг-друга. Мне казалось, что дружба поможет нам преодолеть все невзгоды, которых на нас сыпалось всё больше. Я хотела прославиться, но, играя на гитаре и напевая глуповатые песни в метро это было невозможно. Таких как мы тут было множество, и «старички уличного шоу-бизнеса» несколько раз показывали нам, кто здесь главный. Рик даже с синяками ходил.
Пару раз случалось, что какие-то мужланы предлагали мне деньги, но далеко не за то, чтобы я для них спела. Одному из них я дала в морду, но после этого снова оказалась в участке. Мне пришлось долго рыдать и умолять немолодого полицейского, чтобы он не отослал меня домой. Ведь, если задуматься, мы были здесь нелегалами, да ещё и несовершеннолетними. Коп показал мне фотографии того, что случается здесь с такими, как я. Но я не испугалась. Я научилась быть сильной.
Рик был на год старше меня, и смог устроиться на работу крупье в казино. Это приносило чуть больше денег, чем наши выступления в метро. Однажды я упросила его, чтобы он уговорил хозяина казино позволить мне спеть там. Ему удалось. И именно это стало моим звёздным часом…
Моё выступление имело успех у посетителей казино. Но я не была уверена, что дело в том, что я хорошо пела. Ведь хозяин заведения, условием за моё право выступить, заставил меня надеть весьма откровенное платье. Я видела взгляды мужчин, направленные на меня, и в них была похоть. Мне даже стало немного жутко. Я могла надеяться только на здоровенных вышибал, которые возможно заступятся за меня.
После, когда я сидела на красном диванчике в ожидании Рика, ко мне подошёл странный мужчина. Он был одет в строгий пиджак и брюки, которые не особо сочетались с его довольно длинными волосами и серьгой в ухе. Я напряглась, почти уверенная в том, какие у него намерения.
-Мисс, могу я узнать ваше имя? -с лёгким акцентом сказал он. Я пригляделась к его лицу, и поняла, что это, скорее всего азиат. Средних лет, наверное за сорок, но весьма привлекательный мужчина.
Я надула губки.
-Зачем оно вам, можно узнать? -спросила слегка высокомерно.
-Мне понравилось, как вы пели. -сказал незнакомец. -Знаете, я давно не встречал столь необыкновенных женских голосов. Вы где-то учились?
-Нет. Я самоучка. -ответила я, со скучающим видом поглядывая на Рика, стоящего у покерного стола.
-Тогда это особенно впечатляюще. -заявил мужчина. -Вы так юны, и так талантливы. Сколько вам лет, мисс?
-Семнадцать. -ответила я, наградив его откровенно раздражённым взглядом. Что, захотел развлечься с молоденькой?
- Вы совсем дитя. -незнакомец вскинул брови. -Но знаете, у меня есть к вам предложение.
Вскоре я поняла что Йоши-сан (так представился этот человек), вовсе не собирается предлагать мне интим. Он говорил о других вещах. О роке, выделяя японский, о сцене и знаменитости. Может, я отстала от жизни, но если честно, я и понятия не имела, что в Японии есть рок! Сама не заметив, я увлеклась беседой с ним, и забыла о раздражении и скуке. Я поняла со слов Йоши-сана, что он музыкант, либо же, как-то связан с музыкой. Он сказал, что ищет юный талант, который хотел бы спродюссировать некий его знакомый. Это всё походило на сказку, или глупый развод, но я всё равно слушала его. Мужчина спросил меня:
-Вы согласились бы, если бы я позвал вас с собой? В Японию.
Я замерла, не зная, что сказать. Я всегда мечтала об этой загадочной восточной стране, но сейчас слегка растерялась.
-Я искал довольно долго, и слышал множество молодых талантов. Но сам не знаю почему, вижу нечто особенное именно в вас, мисс. Вы так и не представились. -Йоши-сан посмотрел мне в глаза.
-Ами. - сказала я коротко.
-Ами… Вы живёте здесь, в Нью-Йорке? Может, я ошибусь, уж извините, но вы очень похожи на японку. -сказал новый знакомый.
-Нет, я не из Нью-Йорка, и уж тем более, не из Японии. Я из Канады. -ответила я.
-А ваши родители… -начал он, но я сказала прежде, чем он договорил:
-У меня нет родителей.
-Простите, мне жаль. -Йоши-сан покачал головой. -Но это многое упрощает. Так вы подумаете над моим предложением?
-Думаю, что да. -задумчиво произнесла я. -Подумаю.
-Держите визитку. -мужчина протянул мне карточку со своими инициалами и двумя телефонными номерами. -У вас три дня. По их прошествии я возвращаюсь в Токио.
-Я поняла. -сказала я.
-Я надеюсь, что вы подумаете хорошо, Если откажетесь, пойму. Но я надеюсь на ваше согласие, мисс Ами. До встречи. -с этими словами Йоши-сан оставил меня одну.
Спустя пару минут ко мне подошёл Рик.
-Что это был за тип? -подозрительно спросил он.
Я всё ему рассказала. У парня округлились глаза.
-Ами, и ты что, поверила?
-Я не знаю, Рик. Мне показалось, он интеллигентный человек. -ответила я.
-Ну да, конечно! Да он наверняка какой-нибудь владелец борделя, подбирающий дурочек вроде тебя на роль молоденькой шлюшки! -неожиданно зло сказал друг.
-Рик, ты везде видишь одних негодяев! -воскликнула я. -Он музыкант!
-Ну да, конечно, музыкант! -друг всплеснул руками. -Небось пообещал тебе славу новой Эдит Пиаф!
-Ты становишься невыносимым! -пробурчала я.

Думала я два дня. Но, взвесив все «за» и «против», я поняла, что приму предложение Йоши-сана. Я позвонила ему, и сказала об этом. Он был рад это слышать, и добавил, что завтра утром у нас рейс до Токио. Я не решалась сказать Рику, зная, что он не поймёт. Но когда он за полночь вернулся с работы, и увидел, что я пакую чемоданы, то сам всё понял.
-О боги, Ами, что же ты творишь? -кричал он. -Сначала Нью-Йорк, и то это было безумием, но лететь через океан???
-Я чувствую, что должна, понимаешь? -спросила я. - Мне кажется, что там я добьюсь того, что искала!
-В Японии? Опомнись! Эта страна так не похожа на Америку. Это просто другой мир, пойми! -воскликнул Рик. -Ты там пропадёшь!
-Не пропаду, Рик. -я улыбнулась. -Если ты хочешь, полетели тоже. Йоши-сан согласен взять и тебя. Ты заплатишь за свой билет с наших сбережений, а за меня заплатит он.
-С какой стати он будет платить за тебя? Небось сказал, что ты всё отработаешь? -иронично спросил друг.
-Ну да! -сказала я.
-Натурой?!
-Рик!!!!
-Я просто боюсь за тебя Ами. Ты так неразумна! -тихо сказал он. -Нет, на этот раз я не полечу с тобой, извини.
-Чтож…тогда давай прощаться, Рик. -вздохнула я. Мне уже нужно было идти, через четыре часа рейс.
-Ами, прошу тебя! -друг догнал меня в коридоре. -Мне кажется, что я потеряю тебя, если ты уйдёшь!
-Боже, какие глупости, Рик! -я поморщилась.
-Я люблю тебя, Ами, и всегда любил! -прошептал он. -Как ты не понимаешь, мне не всё равно!
-Я всегда это знала. -вздохнула я, с улыбкой глядя на него. -Ты не мог это скрыть. -я поставила дорожную сумку на пол, и подошла к нему. Рик смотрел тоскливо и умоляюще.
-Я тоже люблю тебя. -сказала я, и легонько поцеловала его в губы. Он вздрогнул всем телом. -Но как брата, Рикки. Как милого, доброго братишку, который всегда готов вступиться за меня, даже зная, что получит в глаз.
-Ами, не надо… -шепнул он горько.
-Прости. -сказала я, и взяв сумку, направилась к двери. -Прощай, Рик!
-Ради всего святого, не говори «прощай»! Так я хотя бы буду надеяться, что ещё увижу тебя. - воскликнул друг.
-Ну хорошо. Тогда, пока. -я слегка грустно улыбнулась. -Мне правда жаль, что ты не со мной. Не передумал?
Он лишь покачал головой. Когда я выходила, то видела его лицо. Он смотрел так, как будто провожает меня на эшафот. Глупенький…

Мне было жаль Рика, и жаль было прощаться с ним. Мы были вместе столько лет... Но сейчас мне казалось, что эта жертва не напрасна. Тем более, я была уверена, что мы обязательно увидимся вновь.
Йоши-сан встретил меня в аэропорту, как мы и договорились. Когда наш самолёт взлетел, мне на миг стало страшно и тоскливо. Я улетаю так далеко от дома! Вернусь ли я ещё туда? Как бы я не ненавидела родной город, что-то крепче цепи связывало меня с ним. Я ничего не сказала матери, но не жалела об этом. Скорее всего, ей нет особого дела до того, куда занесло её "непутёвую" дочь.
Когда под нами уже расстилалось море облаков, я, слегка иронично, спросила своего спутника:
-Вы ведь не в сексуальное рабство меня везёте?
Йоши-сан рассмеялся.
-А если да, то что?
Невозможно было понять, шутит он, или нет.
-Сойду с самолёта прямо сейчас! -ответила я сердито нахмурив брови. Это у меня всегда получалось забавно, и он расхохотался ещё сильнее.
-Боже, какой же вы ребёнок, Ами - тян. -улыбнулся он. -Если вы не доверяете мне, то почему полетели со мной через океан?
-Я доверяю...не совсем, но всё же. Расскажите подробнее, куда вы везёте меня. -попросила я.
- Ни так давно мой давний друг обмолвился, что желал бы спродюссировать молодую звезду. -сказал Йоши-сан. -Он искал долго во всей Японии, и даже за её пределами, но не смог найти того, кто соответствовал бы его критериям.
-Видимо здоровские запросы у вашего друга. -хмыкнула я. -И вы думаете, что я его впечатлю?
-Пятьдесят на пятьдесят... -мой спутник задумался. -Этот человек непредсказуем, как океан, что сейчас расстилается под нами. Но ты явно алмаз, Ами-тян. Если ты окажешься в умелых руках, которые смогут придать тебе достойную огранку, то превратишься в истинный бриллиант. Если за это откажется взяться он, это сделаю я.
-Так может вы сразу и возьмётесь, а не кто-то там, кого я в глаза не видела? -спросила я слегка растерянно.
-Я могу научить тебя многому, девочка. И я не против. Но я думаю, у него выйдет лучше. -улыбнулся он.
Больше я ни о чём не спрашивала. Откинувшись на спинку кресла, я стала смотреть на восходящее солнце. Я летела туда, откуда, по легенде, оно начинает свой путь по небосводу.

В Токио мы прилетели, когда там был уже вечер. Город встретил нас мрачным небом и проливным дождём. В аэропорту нас встретила машина. Пока мы куда то ехали по оживлённым улицам, я, прилипнув лицом к окну, рассматривала проносящиеся мимо улицы, здания, людей. Сердце трепетало, как в детстве, в ожидании рождественского чуда. Здесь всё было такое необычное, вроде бы похожее на привычные мне вещи, и всё же иное. Пока я, открыв рот, озиралась по сторонам, Йоши-сан разговаривал с кем-то по телефону. Он говорил на японском, и я ничего не понимала. Но вдруг он тронул меня за плечо, и я вздрогнула.
-Мисс Ами. Вы, наверное, голодны?
-Немного. -ответила я.
-Сейчас я отвезу тебя в квартиру, где ты будешь жить. -сказал Йоши-сан. -Я снял её для тебя. Она небольшая, но уютная, и со всеми удобствами.
-Йоши-сан, мне так неудобно, что вы тратитесь на меня. -пробормотала я, и достала из сумки свой весьма "худой" кошелёк. -У меня есть четыреста долларов. Я накопила. Возьмите!
-Не нужно. - он покачал головой. -Для меня эти траты ничтожны. Но если тебе так нужно, ты вернёшь мне всё, когда начнёшь зарабатывать достойные деньги.
Я сконфуженно опустила глаза. Наверное, он в душе посмеялся над суммой предложенной мной.
Мы заехали в милую однокомнатную квартирку, которой предстояло стать моим жильём. Она действительно была удивительно уютной, хотя и маленькой. Но мне одной этого было вполне достаточно. Я снова смущённо поблагодарила Йоши-сана. Потом мы вместе поужинали в каком-то ресторане. Я чувствовала себя крайне неловко. На меня были обращены все взгляды большей части присутствующих. Но я отлично понимала, что дело явно не во мне, а в моём спутнике. На меня смотрели, как на девушку, пришёдшую с ним. Всё-таки было очевидно, что он знаменит. Интересно, за кого меня приняли? За дочь, или за юную любовницу?
После ужина Йоши-сан снова куда-то повёз меня.
-А сейчас я представлю тебя человеку, о котором я тебе говорил. -сказал он.
Я взволнованно заёрзала на месте. Оценит ли этот уважаемый человек из шоу-бизнеса мои потёртые джинсы и старую майку. Я неловко поделилась этой мыслью с Йоши-саном. Он улыбнулся, и заверил, что это глупое волнение.
Уже почти стемнело, когда подъехали к какому-то высотному зданию, вошли в просторный атриум, поднялись на лифте, и, казалось, целую вечность шли по коридорам. Я никогда не была особо робкой, но сейчас была на нервах. В конце концов, Йоши-сан завёл меня в большое помещение, откуда доносились звуки музыки. Едва мы вошли, как путь нам преградил здоровенный мужчина, раза в три шире меня.
Он что-то сказал на японском, недовольно глядя на нас. Йоши сан сказал что-то в ответ. Толстяк кашлянул, и помялся на месте, после чего пробурчал пару слов , неохотно сдвинул свою здоровенную тушу с места, и ушёл вглубь комнаты. Я переминалась с ноги на ногу, гадая, что происходит за перегородкой из гипсокартона, разделяющей помещение на две части. Через минуту охранник вернулся, и сообщил, как я поняла, что мы можем проходить.
Йоши-сан улыбнулся, и поманил меня за собой. Мы прошли за перегородку, и там я увидела настоящий творческий бардак, состоящий из музыкальных инструментов, каких-то книг, и прочего барахла. Среди всего этого безобразия стоял слегка потрёпанный кожаный диванчик, на котором сидел незнакомец, одетый в спортивные штаны и майку. Увидев нас, он встал..
Незнакомый мужчина пожал Йоши-сану руку, о чём-то спросил его, а потом окинул меня подозрительно-изумлённым взглядом. Я слегка прикусив губу уставилась на него. Он был высоким, выше меня на голову, и по-спортивному сложенным. Лицо было наполовину закрыто спадающими на него прядями тёмных волос. Я не смогла хорошенько его рассмотреть, потому что неожиданно то ли смутилась, то ли испугалась, и опустила глаза в пол. Сердце вдруг заколотилось как заведённое.
Двое мужчин обменялись ещё несколькими фразами, а потом Йоши-сан указал на меня, и я поняла, что он меня представляет. Я слегка поклонилась в знак приветствия, как это делали герои японских фильмов.
-Ами, это Гакт-сан. Он японская рок-звезда. -сказал мне мой спутник.
Друг Йоши-сана посмотрел на меня, и я, почувствовав этот взгляд кожей, вынуждена была посмотреть на него в ответ.
Ох, лучше бы я этого не делала. От взгляда пронзительных тёмных глаз этого мужчины меня бросило в пот. Очень красивых глаз. И он сам был настоящим красавцем, возраст которого было крайне сложно определить на глаз. Скорее всего, между тридцатью и сорока годами, хотя причёска с длинной чёлкой придавала ему вид совсем молодого парня.
Этот человек, по имени Гакт, взял меня за руку, и вывел в центр комнаты, после чего осмотрел с головы до ног. Это походило на осмотр товара на рынке, и я слегка рассердилась.
-Миленькая. -безо всякого выражения сказал он, уже на английском. -Йоши, с чего это ты решил привезти её? Она что, твоя потерянная родственница? -и Гакт невесело усмехнулся над этим предположением.
Йоши-сан посмотрел на него, потом на меня, потом снова на него.
-Да уж скорее я подумал бы, что она с тобой в родстве. -сказал он изумлённо, и тоже на английском. -Взгляните в зеркало. Вы так похожи... Глаза просто одинаковые!
-Ни неси чушь, Йошики! -Гакт поморщился. -У меня этих родственников и так уж слишком много! Лучше скажи наконец, зачем она здесь?
-Я привёз её к тебе, Гакт-сан. -ответил Йоши-сан. -Не ты ли когда-то говорил, что хочешь спродюссировать молодой талант?
Тот лишь фыркнул в ответ.
- Я хотел продюссировать мальчика-японца, а не странную девицу-американку, которая, как я вижу, и слова по-японски не понимает!
-Она выучит язык. -сказал Йоши-сан. -И это вовсе не главное. Ты только послушай, как она поёт!
Гакт выглядел очень недовольным. Но он обернулся ко мне, и попросил, нет, даже скорее приказал:
-Спой для нас.
Я вздрогнула. Уж что-что, а петь сейчас я была явно не готова. В горле пересохло, и я, в лучшем случае, могла лишь хрипеть. Но молчать сейчас было бы ещё хуже. Я, чувствуя дрожь в коленках, бросила на мужчин короткий взгляд, прокашлялась, и начала петь первое, что пришло в голову-любимую песню моей матери: Whitney Houston — I Will Always Love You
Первые несколько слов дались мне с трудом, но потом голос пришёл в норму, и я запела в полную его силу. При этом я смотрела не на Йоши-сана и Гакта, а на потёртые носки своих туфель. В глубине души мне было страшновато увидеть реакцию последнего. Меня не перебивали, но, едва закончив первый припев, я остановилась сама, и несмело посмотрела на обоих своих слушателей. Йоши-сан смотрел на Гакта, а тот на меня, и по его лицу было невозможно прочитать ни малейшей эмоции. Лишь лёгкая тень удивления промелькнула в тёмных глазах. Казалось, мы молчали не меньше часа, хотя и минуты не прошло. Я уж думала, Гакт-сан ничего не скажет, поэтому даже вздрогнула, когда уголки его губ слегка дрогнули, и он сказал:
-Браво, соловушка!
-Тебе понравилось? -спросил тут же Йоши-сан.
-Весьма неплохо. - прохладно ответил Гакт. -Но далеко не идеально, друг мой.
Я чуть слышно пробурчала:
-Ну да, конечно!
-Ты её возьмёшь? - в глазах Йоши-сана была надежда. -Гакт, она может лучше, поверь мне! Когда она пела в нью-йоркском казино, это было невообразимо. Столь прекрасного женского голоса среди молодых звёзд не найти!
Гакт прошёлся по комнате с задумчивым видом.
-Научи её, и она засияет! - продолжал мой спутник.
-Чтож... Я посмотрю на неё поближе. -Гакт-сан снова окинул меня взглядом. -Ох, Йошики, уверен, проблем с ней не оберусь! Ты умеешь танцевать, Ами-тян?
-Мммм...немного. -ответила я. На деле всё моё умение ограничивалось танцами на школьных дискотеках.
-Я возьму её на подтанцовку. -сказал Гакт. - Одна из моих девушек-танцовщиц ушла в декрет, и мне нужно заменить её. У Ами хорошая фигурка, и если её подучить, она будет смотреться на все сто.
Я обомлела. Подтанцовка??? Но я хочу петь, а вовсе не танцевать!
- Гакт, это не по твоей вине девочка с подтанцовки залетела? -Йоши-сан хохотнул.
Тот усмехнулся.
-Увы... Она замужем.
- А тебя бы это остановило? -Йошики шутливо ткнул его в плечо.
Я фыркнула. Бог мой, куда я попала!!!
-Ами, ты слышала? Почему такое недовольное личико? Многие певицы начинали так. Подтанцовка, потом бэк-вокал, потом, в некоторых случаях, группа, и в конце концов, сольная карьера! - мой спутник коснулся моего плеча.
Я промолчала. Раздражение скрыть было непросто, но я понимала, что должна быть благодарна и этому.
-Я же сказал, что присмотрюсь к тебе. Если ты того стоишь, ты поднимешься гораздо выше, детка. -Гакт вновь заглянул мне в глаза. -Слов на ветер я не бросаю.
Я кивнула и пробормотала:
-Спасибо вам обоим. И когда я смогу начать работать?
- Да прямо завтра. Но ты не права, ты пока ещё не будешь работать. Я не могу выпустить на сцену корову на коньках! -заявил Гакт-сан, и я просто задохнулась от возмущения.
Йошики вмешался:
-Ну-ну, не стоит вот так судить о леди, не узнав, как она умеет танцевать!
- Йоши, ты же знаешь, хоть и говорят, что на подтанцовку никто не смотрит, на деле это не менее важно, чем то, как выглядит вокалист. -сказал Гакт. -Я посмотрю на неё, и мы научим её тому, что нужно.
-Ох Гакт... Ты всегда был таким придирчивым к мелочам... -Йоши-сан вздохнул. -Но спасибо, что ты не отказал.
- Я увидел то, ради чего ты привел эту девушку. Это не совершенно, но потенциал огромен, ты прав. -ответил тот. -Тебе спасибо.
Я испытывала смешанные чувства. С одной стороны я попала в руки профессионального, и, скорее всего, знаменитого, человека. Это мощный толчок вперёд, к популярности, о которой я мечтала. Если повезёт, я буду на сцене. Но с другой стороны, этого ли я хотела? Хотела ли я быть танцовщицей, бледной тенью звезды? Я мечтала вовсе не об этом. Моя мечта была - петь. Петь в свете огней, под восхищённый рёв толпы, а не смотреть в спину тому, кто поёт, в то время, как на тебя, и твои старания, почти никто и не смотрит.
Мне нужно умерить свою гордыню, и свои амбиции, я знала это. Но всё равно было обидно. Стоило ли лететь сюда, в далёкую Азию, из яркой Америки ради всего этого? Моё эго говорило, что нет. Но что-то в сердце твердило другое - что это первый, и большой, шаг к достижению моей цели.

@темы: Gackt

13:25 

Mousou Girl

Автор: Midnight Verwolfess
Название: Mousou Girl
Fandom: Gackt, YFC
Пейринг: Гакт, Джон/Фанатка (Мери-Сьюшка), намёк на Гакт/Джон
Рейтинг: NC -17
Саммари: Одна фанатка пошла на долгожданый концерт, не ожидая, чем это для неё обернётся...
Предупреждение: Содержатся весьма откровенные сцены. В основном ГЕТ, намёк на ЯОЙ. Тем, кто не любит подобное, впечатлительным, и детям, просьба не читать.



Меня зовут Кэтрин. Я родилась в Англии но вот несколько лет жила со своей семьёй в Берлине.
Мне сейчас двадцать лет, но я всё ещё витаю где-то в розовых облаках, как подросток. В моей жизни было уже немало встреч и расставаний, пара мимолётных романов. Реальные и доступные парни всю жизнь казались ужасно неинтересными, скучными и однообразными. И потому я, разочаровавшись в них, отдала своё сердце тем, кто был недосягаем для меня. Людям знаменитым и далёким, чьи лица мелькают на телеэкране и обложках журналов. Мужчины, которые, как казалось, лишены недостатков, манили меня. Но мои увлечения проходили очень быстро, какими бы сильными они не были. Лишь одно захватило моё сознание без остатка, и надолго...
Про Гакта я впервые узнала в пятнадцать лет. Совершенно случайно. Я никогда не относилась к категории девочек, бредящих аниме, Японией, и всем, что связано с Азией, так и азиатские мужчины особо меня не интересовали. Они казались пришельцами из другого мира, практически не пересекающегося с моим. Поэтому я не могла понять, чем меня привлёк этот странный японский парень, совершенно не относящийся к типу мужчин, которые мне нравились. Смазливые пареньки, которые нередко почти совсем лишены мужских черт прежде вызывали тошноту, и ассоциировались неизменно с чем-то неправильным, неестественным. Гакт был таким, но отчасти. Он оказался способен к удивляющим перевоплощениям из андрогинного существа, пол которого сложно определить с первого взгляда, в элегантного мачо, и вполне себе мужественного. В нём было что-то неуловимое, что тронуло моё довольно холодное сердце. Глаза? Голос? Иногда вызывающая смех степенность и важность? Что именно, мне было непонятно, но прошло всего пара месяцев, а я была околдована им, как никем прежде.
В последующие годы ничего не менялось. У меня появлялись другие увлечения, и даже в реальности, но они быстро проходили. Гакт же надолго запал мне в душу, неизменно оставался главным моим кумиром, и стал уже почти родным. С каждым годом он завораживал меня всё сильнее, и это было похоже на магию. То, что начиналось как лёгкий фанатизм и томные вздохи девчонки-малолетки, переросло в бурные и безумные фантазии взрослеющей женщины. Иногда они даже пугали меня.
Я мечтала однажды встретить Гакта в реальности. Хотя бы просто находиться в одном помещении, просто дышать одним воздухом. Уже это сделало бы меня счастливой. А уж если бы мне удалось хоть раз прикоснуться к нему... Какая я ненормальная, как дикарь, преклоняющийся перед своим идолом!
Гакт бывал в моём городе ни раз, но, чёрт возьми, мне не удавалось хоть раз увидеть его. Однажды даже был концерт, мне в то время было шестнадцать. Родители сочли билет слишком дорогим, а саму идею, что их дочь окажется в толпе безумных фанатов - жутью, и не дали денег. Я ненавидела их весь следующий год, да и позже оставался очень неприятный осадок. Казалось, что они ломают мою мечту и мою жизнь тоже.
Потому день, когда я узнала, что ОН снова будет выступать у нас, четыре года спустя, стал для меня чем-то необыкновенным. К тому времени я сама уже зарабатывала деньги, была вполне самостоятельной, и мне не нужно было даже советоваться с родителями. Я знала, что теперь точно увижу Гакта наяву! И никто не сможет мне помешать. Билет я купила одной из первых, оставалось лишь как-то прожить два месяца до заветного дня...

Гакт должен был приехать к нам не с сольной программой, которая была привычна для меня, а с новым проектом - группой YELLOW FRIED CHICKENz, в которой был второй, незнакомый вокалист, вызывавший кучу подозрений и недовольства, и не менее незнакомые новые музыканты.
Впрочем, мне было всё равно. Ведь Гакт там будет в любом случае, а к любому, что он задумал, я согласна была привыкнуть. Я стала пытаться принять чужой голос рядом с голосом Гакта, новый, более европенизированный стиль. Годы, которые я знала его научили меня спокойно относиться к так называемым яою и фансервису. Но то, как вели себя на сцене вдвоём Гакт, и его напарник - американец Джон казалось реальным притяжением. Я никогда не желала видеть в своём кумире гея, но иногда он просто вынуждал... Хотя Джон оказался довольно милым парнем, и я смирилась, а потом даже втянулась...

Я не знала, как дожила, но вот этот день настал...
Я в толпе таких же безумных, визжащих фанаток. Выработанная с детства наглость и дерзость помогли мне пробиться к самой сцене. Беснующаяся публика грозила унести меня вглубь толпы подобно бурному морю, но я вцепилась в ограждение, ни за что не желая потерять такое прекрасное место, откуда было видно всю сцену с расстояния чуть более метра.
Когда я, наконец, увидела ЕГО, то почувствовала, что духота, давка, толчки и оттоптанные ноги - глупейшие пустяки. Я перестала их ощущать. Гакт был так близко, что я видела его в мельчайших подробностях, и запах его Chanel Egoiste Platimun наполнял мои лёгкие до краёв. Я выкрикивала его имя, и махала руками, уверенная, что он видит меня. И я отчётливо увидела, что несколько раз взгляд его тёмных глаз задержался на мне. Как во сне. Мне было страшно, что я могу внезапно проснуться. По спине бегали мурашки от звуков чувственного голоса. Примерно в середине концерта Гакт и Джон, с мастерством опытных стриптизёров избавились от верхней части своих концертных нарядов, и продемонстрировали уже весьма разгорячённой публике обнажённые и мускулистые торсы. Ха-ха, это было похоже на издевательство. Я и так едва держалась, а сейчас и вовсе чуть не упала. Вид их великолепных, мокрых тел, и запах парфюма и пота с примесью тестостерона, так остро воспринимаемый возбуждёнными женщинами...всё это приводило в настоящее исступление. Проклятые самцы, да простит меня Бог! А как они смотрели друг на друга, да ещё и позволяя себе иногда весьма откровенно прикасаться к напарнику... Как хорошо, что они не знают, о чём я думаю!
Когда Джон попросил дам снять футболки, я сделала это с радостью. Я и сама была мокрая от пота, и, оставшись в одной верхней части купальника почувствовала лёгкой облегчение. Лёгкое дуновение ветерка от сценического вентилятора, едва пробивающееся через толпу, слегка остудило моё разгорячённое жарой и страстью тело. Надо сказать, что взгляды Гакта, Джона, да и некоторых их музыкантов, направленные на прелести девушек в зале были о-о-чень похабными. Но мне это даже понравилось. Только трудно было определить на взгляд, кто из них пялится на мою грудь. Настоящей фишкой концерта стал алый лифчик, неожиданно прилетевший на сцену, и без раздумий примеренный Джоном.
Парни из группы не раз кидали в толпу некоторые из своих вещей. Медиаторы, бутылки. Конечно, самыми ценными трофеями считались галстуки и рубашки вокалистов, и за них устроили настоящую схватку. Мне страстно хотелось получить хотя бы кусочек, но мне не давали подойти и на шаг. Это было очень досадно. Однако, кое что я всё же получила...
Ближе к концу Гакт развязал тонкую красную ленточку, повязанную вокруг его запястья, и сначала принятую мной за браслет. После чего бросил в толпу. Прямо в мою сторону. Мне почти ничего не стоило с лёгкостью её поймать. Девицы рядом со мной тут же пошли на меня в настоящую атаку, но я отстояла приз ценой пары вырванных прядей волос, и следов ногтей на предплечье. Соперницы, к слову, от меня пострадали больше.
Я спрятала эту добытую ценой крови "драгоценность", как говорится, ближе к телу - засунула под лифчик от купальника.
Когда концерт кончился, во мне появилось щемящее чувство. Неужели всё? Сейчас Гакт и его команда уедут, и если вернутся, то только спустя несколько лет. Мне снова придётся ждать… Обогнув людей, всё ещё кучками тусующихся у клуба, я понуро направилась к остановке, чтобы дождаться трамвая. Промозглая погода и моросящий дождь ещё больше усугубляли печаль. Я вытащила красную шёлковую ленточку, и положила на ладонь. Трофейчик не выдающийся, прямо скажем, но факт того, что Гакт держал ленточку в руке, и от неё даже пахнет его парфюмом, значил для меня немало.
Я повертела добычу в руке, и вдруг мой взгляд упал на оборотную сторону ленточки. Поднеся её к глазам, я увидела надписи, сделанные, кажется, чёрной ручкой. Да тут адрес! Пробежав по нему глазами пару раз, я убедилась, что это действительно адрес одного из берлинских отелей. Номер 506…Что это означает?
Я долго стояла в лёгкой растерянности, пытаясь вникнуть в суть странной надписи. Эту ленту бросил в толпу Гакт, и значит, она как-то связана с ним. Нет, он не мог не заметить, даже если эта надпись оказалась здесь случайно! Сегодняшняя дата - 03.08.2011, время 22:00, название и номер отеля… Это очень походило на тайное назначение встречи. Но кому она назначена? Мне???
Меня вдруг начала бить лёгкая дрожь. Нет, Кэтрин, деточка, это невозможно! Идиотская мысль! Но сил сопротивляться соблазну, и непреодолимому рвению не было. Я села в трамвай, но вовсе не до дома, а до Hotel Palace Berlin. И на что я надеюсь…сумасшедшая! Это просто глупая шутка, или вроде того.
Здание одного из самых роскошных отелей города я видела много раз. Но внутри не была никогда. У моей семьи ни за что не хватило бы денег, чтобы снять здесь номер даже на одну ночь. Меня, девушку, одетую весьма странно для такого заведения, окинула долгим и подозрительным взглядом охрана. Интересно, через миг меня не вышвырнут за дверь? Я, вышагивая на шпильках, и стараясь не подавать виду, что чувствую себя неуютно в юбке, едва прикрывающей зад, подошла к ресепшену. Впрочем, короткий плащик сзади прикрывал мою филейную часть, и только спереди было всё видно, потому, что я его расстегнула.
-Девушка, что вы хотели? -широко улыбнулась молодая работница отеля. Её явно удивлял мой вид, но она обязана улыбаться любому клиенту.
-Извините, но никто ничего не передавал вам насчёт номера 506? -спросила я, чувствуя себя полной дурой.
Я ожидала, что девушка посмотрит на меня, как на ненормальную, или вроде того. Но она, неожиданно, улыбнулась ещё шире.
-Ах да, конечно. -сказала она бодро. - Меня просили пропустить в этот номер любого, кто предъявит приглашение.
Приглашение?! Я растерялась. Какое ещё приглашение? Но догадка пришла довольно быстро. Это что, приглашение?
Я протянула работнице ресепшена красную ленточку. Она окинула её взглядом, и словно найдя что-то, понятное только ей, произнесла, с всё той же улыбкой:
-Прошу со мной, мисс.
Я последовала за ней в полном непонимании происходящего. Куда я сейчас иду, что там меня ожидает? Сюрприз? Подарок? Розыгрыш? А может, маньяк??? Мне было ни по себе, но я шла за молодой немкой, которая звонко цокала каблуками по мраморному полу. Мы поднялись на лифте на пятый этаж, прошли по застеленному мягкой ковровой дорожкой коридору, увешанному зеркалами. Наконец, девушка остановилась у белоснежной двери с позолоченным номером 506.
-Мы пришли. Желаю приятно провести время. -она снова широко улыбнулась, и направилась прочь.
Я несколько минут стояла, не решаясь открыть дверь. Так странно это всё. Как сон, или что-то вроде того… Я никогда не оказывалась в такой странной ситуации. Да и если бы оказалась, то никогда не отправилась бы по тому адресу, что написан на непонятной ленте. Если бы только я не получила её от НЕГО…
Наконец, сделав глубокий вдох, и выпрямившись, я открыла дверь, и вошла в номер. И… здесь никого не было. Ни одной живой души. Лишь ковёр на полу, большой красивый стол, застеленный алой скатертью, на котором стоял поднос с бутылкой шампанского и бокалами, большая картина на стене, тяжёлые бархатные занавески, да хрустальная люстра. Похоже на обеденную комнату, разве что стульев у стола не было. Странно, и почему я здесь?
Я подошла к столу, осмотрела поднос с бутылкой и бокалами, надеясь найти какую-нибудь зацепку. Быть может, мне нужно разгадать некую загадку? Но я не видела ничего необычного…
-Guten Abend, Fräulein! (Добрый вечер, мисс. Немецкий язык) -послышалось за моей спиной. Я даже вскрикнула от неожиданности, и подпрыгнула на месте.
Обернувшись, я чуть не упала. В паре шагов от меня стоял Гакт… Самый настоящий, реальный, живой. И улыбался.
Я была в таком шоке, что начала пятиться от него, как от привидения. Но врезалась в кого-то ещё, кто тут же схватил меня, с радостным:
-Попалась! (на английском)
Я снова вскрикнула, и отчаянно взбрыкнулась. Меня отпустили, и я врезалась бедром в стол. Джон?
Гакт красиво засмеялся, с ноткой снисходительности. Я съёжилась, выпучив глаза, как напуганная кошка, и смотрела на двух мужчин, со смесью неверия и страха. Оба были одеты в элегантные костюмы… Черные брюки, пиджаки и галстуки. Белоснежные рубашки. Словно два джентльмена, пришедшие на званый ужин. Не хватало только цилиндров и белых перчаток.
-Она тебя испугалась! -сказал с притворно печальным вздохом Гакт. -Я столько раз просил тебя побриться. Уважающие себя господа не носят пятидневной щетины.
-А по-моему, она испугалась тебя. Ты же вылитый маньячина! -хохотнул Джон.
Я не могла поверить в происходящее. Столько времени я мечтала встретить Гакта наяву, а сейчас вдруг позабыла все слова, которые собиралась сказать при встрече, и оробела.
-Гакт-сан, нам необыкновенно повезло, что это юная и прелестная девушка, а не престарелая Frau. - заговорческим тоном произнёс Джон.
-Ты бы выполнял уговор, Джонатан, даже если бы это был почтенный Herr с пивным брюхом. -премило улыбнулся Гакт.
Уговор? Какой уговор?
Гакт приблизился ко мне.
-Моя дорогая... -сказал он на английском. -Простите, я почти не знаю немецкого. Вы понимаете, что я вам говорю?
Конечно понимаю! Английский - мой родной язык. Я жила в Гемании, и немецкий знала тоже в идеале, но дома мы всегда говорили на английском, и он был мне привычнее. Но ответить, когда с тобой говорит звезда, по которой ты сходишь с ума пять лет непросто, даже если отлично всё понимаешь! У меня просто в горле пересохло. Я смогла лишь кивнуть.
Гакт взял меня за руку, и отвёл немного в сторону от стола, к которому я испуганно прижалась. Я не могла нормально соображать. Он взял меня за руку!!
-Не волнуйтесь так. -успокоил Джон, стоящий в паре шагов от нас, весёлым голосом. -Мы не людоеды и не вампиры.
Это всё наяву? Ущипните меня! Я машинально протянула руку, и коснулась плеча Гакта, проверяя, не голограмма ли это. Ответом на эту выходку снова стал смех.
-А она странная. -прокомментировал Гакт. -Я ожидал немного другой реакции...Оу...да...что-то вроде этого... -добавил он уже другим тоном, когда я вдруг, очнувшись от оцепенения, и осознав, что это не сон, обвила его руками за пояс. И он не стал сопротивляться! От уже знакомого запаха мужских духов, и ощущения тепла его тела задрожали колени.
Джон коротко усмехнулся.
-Гакт-сан...вы...эта ленточка, которую я поймала...это приглашение на свидание? -всё ещё слабым голосом спросила я.
-Абсолютно верно, милая фройляйн. -ответил он, снисходительно глядя на меня, в тот момент, как я пялилась на него выпучив глаза.
-Не фройляйн. -сказала я. -Я англичанка. Но вы...впрочем...зовите как хотите!
Гакт и Джон снова засмеялись. Они издеваются надо мной?
-Как же вас...тебя зовут? -спросил Джон, подойдя ещё ближе.
-Кэтрин, можно Кэт. -ответила я.
-Не желаете выпить с нами за знакомство, наша удачливая госпожа? -предложил Гакт.
-М-м-м... -я энергично закивала. Боже мой, а я всегда считала себя неудачницей! В клубе было три тысячи человек, а куш сорвала именно я! Ведь очевидно, что такой приз мог выиграть лишь один счастливчик. И теперь Гакт и Джон собственной персоной приглашают меня с ними выпить. Предел мечтания многих фанаток просто увидеть их вблизи!
Гакт с хлопком открыл бутылку, и разлил игристый напиток по бокалам. Один из них он вручил мне, второй своему другу, третий взял сам.
-За юную леди, которая сегодня скрашивает для нас своим присутствием этот дождливый вечер. -произнёс Камуи свой тост.
-Полностью поддерживаю. -сказал Джонатан.
Они выпили шампанское быстро, а я, непривыкшая к этому напитку, маленькими глотками. Я почти не чувствовала его вкуса, поскольку в голове крутились мысли о том, что, когда я допью, меня, скорее всего, отправят домой. Но ведь я и так получила то, о чём большинство фанаток и мечтать не могут!
Однако, когда я поставила на поднос пустой бокал, ручкой мне не помахали. Вместо этого Гакт сказал:
-Кэтрин, я очень рад познакомиться с тобой. Можно на "ты", верно?
-Разумеется. -ответила я, изо всех сил стараясь говорить спокойно, словно я в компании старых друзей. -Я тоже очень рада знакомству, вы даже не представляете, как!
Гакт и Джон мило улыбнулись в ответ.
-Не слишком удобная комната, правда? Нам даже некуда предложить тебе присесть. -заметил Джон.
-Разве что на стол? -Гакт усмехнулся.
Я тоже хихикнула, пытаясь догадаться, что они ещё для меня приготовили. По взглядам понять это было сложно.
-Музыкальные ручки...однако... -сказал задумчиво Гакт, взяв мою правую руку. Я задрожала всем телом. Его пальцы нежно провели по моей ладони. Во мне загорелся огонь от этого мимолётного, но чувственного прикосновения. Я подняла глаза, и наши взгляды встретились. Как много раз в моих мечтах.
-Гакт...-только и смогла выдавить я.
И тут он обхватил меня за талию, и усадил на стол. Я охнула, слегка растерявшись. Боковым зрением увидела, что Джон тоже взобрался на стол позади меня. Эмм...что?
-Тебе понравился наш концерт, Кэтрин? -спросил Гакт, приближаясь вплотную. Его руки коснулись плеч, медленно проводя пальцами вниз до локтей. У меня мурашки побежали по всему телу.
-Да, конечно, он был очень классный. -ответила я снова слегка охрипшим голосом.
-А что тебе понравилось больше всего? -спросил Джон за моей спиной. -Только чур честно, ладно?
-Вы. -ответила я прямо. И совершенно честно.
-Хм...нам столько раз хотелось проникнуть в мысли девушек в зале. Что они думают, что чувствуют. -сказал Гакт, приподняв пальцем мой подбородок, и глядя в глаза. Он делает это, чтобы я совсем лишилась рассудка?
-Вы сводите их с ума. Они хотят вас. -я слегка пожала плечами, стараясь выдержать его взгляд.
- Серьёзно? -спросил Гакт с сарказмом. -Джон, ты слышал?
-Разумеется. -ответил Джон. -А ты этого не знал, Гакт?
-Я догадывался. -всё так же саркастично ответил тот. -Мы хотим вас ничуть не меньше, детки. Всех сразу.
Последние слова он произнёс таким голосом, что у меня сбилось дыхание. Я это знала, видела по их глазам на концерте!
-Ты сказала "они", Кэт. А именно ты? -вдруг поинтересовался Джон. Я почувствовала, как по телу снова побежали мурашки. Нет, такого я не ожидала!
-Говори честно, дорогая. -сказал Гакт.
-Да... -выдохнула я. -Я хочу вас...
Мужчины переглянулись.
- На этот вечер мы твои покорные слуги, прелестница. Сегодня твой день, и приготовься, что твои желания будут исполняться. -загадочно сказал Гакт.
У меня даже в глазах помутилось. Господи, это безумие...
Но уже в следующий миг Камуи вдруг подался вперёд, так близко, что я ощутила его дыхание на своём лице. Я заёрзала на столе, ощущая, как жар разливается по телу. Он властно схватил меня за ногу, стягивая сапоги, и покрывая поцелуями икры. Я судорожно вздохнула, и даже зажмурилась, поскольку всё моё сознание вопило о невозможности происходящего. Но тут рука легла мне на плечо, скользнула к шее, убирая волосы, после чего горячие губы коснулись чувствительной кожи чуть пониже уха. Я вздрогнула всем телом.
-Джон… -сорвалось с моих губ.
Я ещё раз глубоко вздохнула, пытаясь справиться с собой, и с неумолимо охватывающим меня возбуждением от ласк этих двух мужчин. Гакт избавил меня от обуви, и со свойственной ему необычайной чувственностью целовал и нежно поглаживал мои слегка озябшие ступни. Джон тем временем устроился где-то сзади, и я ощущала как он целует меня в шею, и касается руками плеч, спуская бретельки моего топика.
-А ты сладкая девочка, Кэтрин. -шепнул Гакт, оторвавшись от моей ноги, и посмотрев в мои глаза затуманенным, затягивающим взглядом из под полуопущенных ресниц. -И смелая. Мы думали, ты не придёшь.
-Я получила несколько синяков от тех девиц, стоящих рядом, не для того, чтобы упустить шанс. Знал бы ты, сколько лет я искала встречи с тобой. -сказала я. Меня снова переполнили чувства неверия, трепета, желания узнать его ближе, того, кто не покидал мои мысли с тех пор, когда я была подростком. -Я не верила, но шла. Потому что, я надеялась на чудо, понимаешь?
-Да. Но таких, как ты, много. Иногда мне даже страшно оттого, насколько их много. И все они ищут встречи со мной. -сказал Гакт, снова прижавшись щекой к моей ноге. - Но я не способен исполнить желания их всех. Я не бог.
-Ты бог! -сказала я. Джон куснул меня за ухо, и я инстинктивно прижалась щекой к его щеке. -Да, и он тоже…
Когда Джон только появился рядом с Гактом, я почти возненавидела его. Он смел стоять рядом с Великим, и считать себя равным ему. Это казалось огромной дерзостью и самонадеянностью. Но прошло совсем немного времени, прежде, чем я начала понимать, что он достоин быть рядом с Гактом. В нём был талант, который было нетрудно разглядеть, ведь не будь его, разве обратил бы он на себя внимание Камуи? А что до его сексуальной энергии, то не думаю, что он уступал Гакту в этом. Те не менее сильные чувства, чем Гаку, которые он вызывал во мне на концерте, и сейчас, подтверждали это сполна.
-И что, вы часто делаете нечто подобное с фанатками? - задала я терзающий меня вопрос.
-Знаю, нетрудно понять, как велик соблазн. -ответил Гакт. -Но...это ведь табу для всех тех, кто знаменит.
-А почему тогда вы...-начала я, но Джон ответил прежде, чем я договорила:
-Мы сгорим за это в аду.
-Видит бог, я этого не хочу. -ответила я, блаженно жмурясь от удовольствия от их прикосновений и поцелуев. - Если всё так страшно, отпустите меня.
-Теперь ни за что. -сказал Гакт. -И не жди.
Я рассмеялась. Смех вышел довольно нервный. Уж не убить ли они меня собираются потом, чтобы я не могла рассказать о произошедшем здесь?
-Ты умеешь петь, Кэтрин? -спросил Джон.
-Эм...весьма жалко...а в чём дело? -я посмотрела на него вопрошающе. В голове вновь вихрем пронеслось: "Боже, он так близко, что я вижу каждую ресницу на его глазах!!!"
-Я люблю, когда поют девушки. Спой для меня, для Гакта-сана. Он ведь не против, верно? -Джон обернулся к другу, увлечённо целующему мою ногу, и беспощадно поднимающемуся всё выше. Тот лишь что-то промычал в ответ, но это прозвучало утвердительно. Я слегка прикусила губу.
-Пожалуйста, не надо. -шепнула я, начиная краснеть. Ничто из того, что они делали, не вызывало у меня такого стыда, как мысль о том, что мне предстояло спеть для тех, кто по любому не сможет оценить моего жалкого "блеяния".
-А если я очень попрошу? - Джон обернул мою голову к себе, и накрыл мои губы своими, абсолютно лишив возможности возражать.
Дрожа всем телом, я прокашлялась, и выдавила из себя несколько слов из первой песни, что пришла в голову - их же с Гактом песни Mousou Girl.
Это было похоже на жалобное мяуканье, и мне снова стало ужасно стыдно.
Гакт красиво рассмеялся.
-Чёрт возьми, какой хороший выбор, детка. -сказал он, гладя меня по бедру.
-Ммммм...-протянула я потерянно.
-Продолжай. -попросил Джон, обняв меня сзади. Даже при хороших вокальных данных у меня в сложившейся ситуации врят ли вышло бы что-то стоящее. Но я набрала в лёгкие побольше воздуха, и на одном дыхании промычала:
-I want you, i need you...
-Ох, детка, ты правда хочешь этого? -тихо и страстно шепнул Гакт.
-Чего? -спросила я хрипло.
-Того, о чём поёшь? -его руки подбирались всё ближе к моей короткой юбке. Я совершенно рефлекторно плотнее сжала колени.
-Это лишь... -начала я нервно, но Гакт властно подцепил юбочку, и резким движением задрал чуть ли не до талии. Я охнула.
-Пой, что же ты остановилась? -шепнул в ухо Джон, и я ощутила, как его руки скользнули мне под майку. На миг меня даже охватила паника, но на смену ей пришла мысль "ты же сама так долго мечтала об этом!".
-Продолжай. -поддержал друга Гакт, и я запела:
-Want your kiss anything...
-Да, детка, да. -промурлыкал Джон, задирая мой топик до подмышек, и гладя мою грудь сквозь тонкое кружево лифчика.
-And if theres, anytime. You make me, lose my mind... -продолжила я срывающимся голосом. Петь ровно я просто не могла. Я задыхалась. Властные пальцы теребили соски.
-You turn me on. You shot me...о боже... -выдохнула я, поскольку Гакт резко раздвинул в стороны мои колени, и довольно крепко вцепился в ляжки, не позволяя свести их вновь.
-Пой. -потребовал Джон, расстёгивая застёжку бюстгальтера. Меня колотило.
-I need it, on my face... -произнесла я на одном дыхании. Старалась сконцентрироваться, но слова песни предательски улетучивались из головы. -The master, i,ll be your slave...ах!!!
Я выгнулась дугой, и тихо застонала, когда мужская рука влезла под тонкую ткань моих трусиков.
-Почему вы, девушки, так любите нижнее бельё? -поморщился Гакт.
-А ты его не носишь? -спросила я, хотя ответ хорошо знала.
-Некоторых мужчин вид женщины в белье очень возбуждает. Я не такой. Ничто не действует на меня сильнее, чем обнажённое женское тело, не прикрытое всякой глупой "мишурой".
С этими словами он безжалостно разорвал бедные трусы прямо на мне. Я могла лишь с сожалением смотреть на это. Они были моими любимыми.
-Совсем другое дело... -довольно мурлыкнул Камуи. -Как ты думаешь, Джон?
-Абсолютно согласен. Зачем вообще скрывать такое тело? -ответил тот. В это время он уже справился с лифчиком, и стянул его с меня вместе с майкой. После чего они были безжалостно брошены в угол. Гакт приподнял меня, снимая смятую юбку, которая висела на моей талии подобно поясу. Я осталась пред ними двоими совершенно нагая и беззащитная. И это, к моему удивлению, необычайно возбуждало. Огонь, разгорающийся внутри, прибавлял мне смелости и уверенности. Я заслужила главный приз, сорвала небывалый куш. Сердце колотилось, как заведённое. Как же я обожала двух мужчин, которые сейчас были так дурманяще близко, как никогда. Как я их хотела... Их обоих. Так было и прежде, но сейчас эти чувства были в сотню раз ярче, материальнее. Джон, сидящий позади меня на столе, уткнулся носом в мои волосы.
-Ты просто на редкость чудесный подарок. - шепнул он.
-А твои глаза как небо. Ты же знаешь, как диковинно это для азиата? Как и твои волосы цвета золотистой пшеницы. -сказал Гакт.- Ты красива.
-Это похоже на лесть, но мне правда очень приятно слышать это от вас. -я улыбнулась.
Гакт сжал в ладонях моё лицо.
-Я не склонен лгать. А лесть не выношу на дух. -сказал он, после чего склонился, и поцеловал меня. У меня закружилась голова. Я много раз представляла себе этот момент за время, пока поклонялась ему как своему кумиру, но оказалась не готова к тому, что это произойдёт в действительности. Губы мужчины были мягкими, горячими, и требовательными. Я ответила ему со всей своей страстью, обнимая, и касаясь волос на затылке. Словно во сне. Вкус его губ пьянил больше целой бутылки шампанского. Когда Гакт отстранился, я несколько долгих секунд сидела в приятном ступоре, не имея возможности соображать. Потом Джон положил руку мне на затылок, и притянул мою голову ближе к себе, чтобы тоже меня поцеловать. Я отозвалась не сразу, всё ещё приходя в себя, но он был настойчив, и я поцеловала его в ответ, но скорее нежно, чем страстно.
Гакт подошёл ближе, но я его не заметила. Я обратила на него внимание, лишь когда ощутила его руку, погладившую меня по внутренним сторонам бёдер, и коснувшуюся меня там. Я не смогла сдержать сдавленного вздоха, и выгнулась навстречу смело, и даже бессовестно, ласкающей меня руке. Прикрыв глаза, я полностью отдалась во власть непередаваемых ощущений, которые дарил мне Гакт-сан. Он делал это очень умело, даже талантливо. Но внезапно тёплые губы сомкнулись на моём, ставшем очень чувствительным, соске, на миг выдернув меня из сладкого полузабытья. Я вздрогнула, и, открыв глаза увидела, что это Джон. Я запустила пальцы в его волосы, постанывая от удовольствия. Эти два демона сводят меня с ума! Я сама себя не узнавала. Всю жизнь была гордой и неприступной, парни даже называли меня "скалой", а этим двоим так легко и с удовольствием покорилась. Джон слез со стола, подошёл ко мне. Его руки легли мне а плечи, поглаживая их. В комнате было прохладно, и тепло рук Джона было очень приятным. Я зажмурилась от удовольствия.
Рука Гакта продолжала смело и даже нагло гладить меня промеж ног, всё больше усиливая напор, теребя и дразня клитор. Жар волнами разливался по телу, внизу живота и вовсе уже словно кипела лава. Желание, острое, почти мучительное, наполняло всё больше с каждой секундой. Настолько сильное, что я даже испугалась. У меня были парни, но никого я не хотела так. Я чувствовала, что в промежности становится всё более влажно, казалось, мне казалось, что ещё чуть-чуть, и я намочу дорогую скатерть. От этой мысли вдруг стало стыдно, и я, скорее всего (потому что так бывало всегда, когда я смущалась) покраснела.
Но двух мужчин это ничуть не смущало. Гакт, напротив, делал всё, чтобы возбудить меня ещё больше. Джон же на миг отстранился от меня, но лишь для того, чтобы скинуть пиджак и рубашку. Судя по тому, каким мокрым был его обнажённый торс, ему было весьма жарко. Только сейчас я поняла, что и мне тоже. А ведь совсем недавно казалось, что в комнате довольно прохладно.
Гакт на миг отвёл глаза от меня, и окинул взглядом своего друга. Мне показалось, или этот взгляд был оценивающим?
-Полностью. -сказал Камуи хрипло.
Джон чуть слышно усмехнулся, но спорить не стал, стянул брюки и снял лакированные ботинки, оставшись совершенно обнажённым. Я застонала почти вслух от вида его крепкого, влажного и возбуждённого тела.
-Теперь ты, Камуи. -сказал Джон. -Давай, раздевайся.
Гакт иронично хмыкнул, но удивительно проворно, и в то же время с мастерством стриптизёра, скинул пиджак, галстук, рубашку. Я протянула руки, чтобы самостоятельно расстегнуть его брюки. О да, возможность сделать это уже сама по себе - бесценный подарок. Мне не хотелось торопиться, хотя я просто умирала от страсти. Моя рука, расстегнув ремень, опустилась ниже, и довольно долго ласкала его сквозь ткань брюк. У меня перехватывало дыхание, коснуться знаменитого магнума- сокровенная мечта каждой фанатки Гакта, для всех несбыточная, а для меня вдруг -реальная… Я ясно чувствовала, что он уже очень возбуждён, и осознание этого доводило до безумия. Ох, чувствую ещё немного, и я не выдержу! Одним быстрым движением я спустила его брюки почти до колен. Как я и предполагала, без трусов. Джон, где-то справа, захихикал, и сказал что-то на японском.
-За-а-аткнись! -ответил ему Гакт.
Камуи быстро избавился от штанов, и отбросил их как ненужную тряпку. О боже, какой же бесподобный. Я просто пожирала его взглядом. Сколько раз я раздевала его взглядом, и в своих мечтах. Могла ли я хотя бы предположить…
-Вы просто… -выдавила я.
-Тссс… Детка, сегодня мы говорим комплименты. -Гакт прижал палец к моим губам.
-Можно я скажу один? -поинтересовался Джон. -Кэт, мне очень нравятся твои плечи. -он коснулся моего правого плеча губами.
-А мне шея. -Гакт игриво куснул меня за шею.
-А ты взгляни на эти прелестные ручки. -Джонатан поцеловал мою ладонь.
-А эта грудь…могу предположить… - Гакт поцеловал мою левую грудь, медленно обвёл языком сосок. Я даже выгнулась дугой ему навстречу. -Нет, гораздо слаще, чем я думал. -закончил он довольным и бархатным голосом.
Они обсудили буквально каждую часть моего тела, награждая восхищёнными словами, и осыпая ласками и поцелуями. Я невольно почувствовала себя настоящей королевой, богиней… Никогда мужчины не говорили мне таких чувственных, красивых и соблазнительных вещей! Эти двое явно умеют соблазнять, дразнить, приводить в исступление одними лишь словами.
-Ох детка, как же я хочу тебя… -прошептал жарко Гакт, скользнув рукой по моему животу вниз.
В следующий миг он ввёл палец в моё лоно, и я выругалась, уже вслух. Спустя всего несколько секунд к одному пальцу добавился второй... Ох чёрт, чёрт, чёрт! Он хочет, чтобы я кончила прямо сейчас?!
Я застонала, инстинктивно двигая бёдрами навстречу его руке. Чувствовала, как влага стекает по набухшим губкам на скатерть, но сейчас мне уже было всё равно. Чёрт, чёрт!
Джон вцепился рукой мне в волосы, запрокинул голову назад, и впился в мои губы развратным поцелуем. Я поцеловала его в ответ так же страстно, распахнула губы, и его язык проник мне в рот. От его тела исходило приятное, возбуждающее тепло.
-Иди ко мне. -сказал Гакт тихим, полным желания голосом. Взял меня за бёдра, придвинул ближе к себе. Я задрожала в предвкушении. Он рукой направил в меня действительно весьма немаленький магнум. Ощущение и созерцание того, как он исчезает во мне, довело меня до предела. Удержаться уже не было сил, яркий оргазм накатил подобно сокрушительной волне. Я до боли прикусила губу, а Гакт замер, придерживая мои бёдра, пока я содрогалась в экстазе.
-Горячая. -прокомментировал Джон. -Как она быстро...
-Ничего страшного. -мягко ответил Гакт. -Она сможет и ещё, правда ведь? -он погладил меня по щеке. Я всё ещё тяжело дышала, и приходила в себя. Но неужели они думают, что смогут утолить мою жажду так быстро? Мне казалось, что сегодня я смогу заниматься любовью до самого утра. Ведь с кем я это делаю! Всё чего я желала, это испить эту ночь до капли, насладиться каждым мгновением близости с теми, о ком мечтала...
Гакт обнял меня за талию, прижимая к себе. Он был глубоко во мне, и это пьянящее ощущение было несравнимо ни с чем. Мужчина начал двигать бёдрами, сначала осторожно и неспешно, но прибавляя темп и напор. Я тихо постанывала от накатывающего удовольствия, гладя его по груди, лаская, изучая его сильное красивое тело.
Джон, чувствуя, что мы, увлекшись, забыли про него, вдруг легко куснул меня за ухо. Я охнула от неожиданности, хотя было не больно. Увидев его страстный взгляд, я повернулась корпусом к нему, и, взяв в руку его напряжённый член, стала неторопливо поглаживать его. Он довольно замычал, перебирая пальцами мои волосы, и наблюдая за своим другом и мной. Уверена, это зрелище очень его заводило. Готова поклясться, в его глазах я прочла сильное желание отпихнуть Гакта, и занять его место.
Меня охватывала сладостная истома. Я медленно опустилась спиной на стол, двигаясь в такт с Гаку, и лаская Джона, склонившегося надо мной, и покрывающего обжигающими поцелуями моё тело. Странно, но сейчас, спустя не более получаса с момента знакомства, мне уже казалось, что я давно знаю их. Мои...только мои...Оба сразу! Не отпущу, не отдам никому! Да, знаю, это безумие, но я сошла с ума уже давно, очень давно, когда эти двое полностью завладели моим сознанием. Уж не сыновья ли они дьявола?! Гакт схватил меня рукой под колено, и закинул одну ногу себе на плечо. От этого ощущения стали ещё сильнее.
-Проклятье... -вырвалось у меня. Я стиснула зубы, но стонов сдержать не могла, получалось тихое поскуливание.
-Гаку, сильнее... -попросила я.
-Motto, fukaku... - сказал Джон, целуя меня, и покусывая нижнюю губу. -Так он стопроцентно послушается.
Ну да, конечно,Vanilla!
-Он сам её сочинил? -тихо спросила я у Джона, тихонько засмеявшись.
-Почти уверен. -ответил тот, блаженно жмурясь от всё более быстрых движений моей руки, сжимающей его горячую и твёрдую плоть.
-Можешь считать, что она посвящена тебе, моя сладкая. -сказал Гакт, целуя мою ногу в районе щиколотки. А я то думала он не слышал того, о чём мы с Джоном шептались.
-Как это мило... -промурлыкала я.
Гакт подчинился моей просьбе. Быстрее, глубже... О да! У меня перехватывало дыхание при каждом толчке, а внизу живота очень сладко ныло. Чёрт, да я опять близка к разрядке...
Я стала сильнее двигать бёдрами навстречу любовнику, покачиваясь, приподнимаясь и извиваясь, стремясь впустить его ещё глубже, лучше ощутить его внутри. Сжала внутренние мышцы, и Гакт даже зашипел сквозь стиснутые зубы, а по его потному телу прошла дрожь. Да он же тоже уже на грани! Нужно постараться продержаться хоть немного, балансируя на краю, ведь это самое сладкое ощущение, из всех испытанных мной.
Скорость была уже просто невероятной, и я не понимала, как мы ещё не начали дымиться. Эта мысль меня развеселила. Гакт опёрся руками, и коленом на столешницу, стараясь удержаться на подкашивающихся ногах. Я вцепилась руками в его напряжённые плечи, извиваясь под ним как змея. Каждый вздох, и его, и мой, заканчивался хриплым стоном. Мне стоило больших усилий сдержаться, и не начать царапать его в порыве страсти. Врят ли бы он оценил такой поступок, и едва ли смог бы появиться на сцене с расцарапанными плечами и спиной. Хотя да, знаю, многим мужчинам это даже нравится. Боевые раны, так сказать. Да что там, я и сама врят ли останусь без подобных "отметин страсти".
-Чёрт!-вырвалось у Гакта. Он скользнул рукой мне промеж ног, нашёл клитор, надавил пальцем...
Внутри меня тут же словно что-то взорвалось, проходя волной жара и дрожи по всему телу. Я застонала, замерев, и полностью отдаваясь во власть этого невероятного наслаждения. Гакт сделал ещё несколько резких, судорожных движений, потом содрогнулся с хриплым низким стоном, и, отпустив меня, рухнул на стол рядом, дыша, словно после спринтерского забега. Несколько секунд, а может, и минут, я приходила в себя. Сердце колотилось, было очень жарко. Гакг лежал рядом, на смятой простыни стола, глядя в потолок. На его теле блестели капли пота. Бог мой, какой красивый…
- Сладкая Mousou Girl. -шепнул Джон, гладя меня рукой по груди и животу. -Просто на редкость, правда, Гакт?
Камуи ответил хрипловато:
-Действительно, на редкость…
-Набалует нас, и мы будем постоянно развратничать с фанатками. -Джон засмеялся, и вдруг протянув руку к Гакту, провёл тремя пальцами по его груди, вырисовывая на коже невидимые узоры. Этот явно чувственный жест слегка смутил меня, хотя фансервисом меня было уже не удивить. Сейчас-то они не на сцене…
Гакт ответил Джону лёгким и немного ленивым прикосновением руки к его руке. Они обменялись долгими взглядами, и тихо рассмеялись, словно вспомнив что-то крайне забавное.
-Расскажите мне, над чем смеётесь? -спросила я, перекатившись на бок, подперев голову рукой, и глядя на них.
-Не над тобой, милая, конечно нет! -успокоил Джон. -Как ты?
-Великолепно. -ответила я с лукавой улыбкой, и добавила: -Теперь ты? Пойдём, не томи уже!
Гакт просто закатился заливистым хохотом.
-Ох, дорогуша, уж не на немецкую ли порнозвезду мы нарвались? -спросил он.
Я надула губки.
-Фу, ну нет, конечно, Гакт-сан. Я простая студентка. -ответила я, немного обиженно толкнув его в бок.
-Это Германия, мой друг! -сказал Джон. Он подошёл ко мне, и я тут же обвила его руками, и обхватила за пояс ногами. Мы обменялись долгими поцелуями. Даже не буду медлить! Взяв рукой его возбуждённый член, я осторожно начала вводить его внутрь, но Джон нетерпеливо толкнулся бёдрами вперёд, входя полностью, до упора. С моих губ сорвался тихий полувздох-полустон.
Мужчина был так возбуждён, что тоже не мог тянуть и медлить. Он начал двигаться уверенно и быстро, а я вместе с ним. Ладони Джона легли на мои груди, слегка сжимая их, и я зажмурилась от удовольствия.
Гакт полулежал на столе рядом, наблюдая за нами. В томно прикрытых глазах читался интерес. Наверняка, картина нашего нетерпеливого жаркого секса легко и быстро заведёт его вновь. И я готова повторить всё с ним ещё раз, если он пожелает. Камуи приподнялся, я обернулась к нему, обнимая его одной рукой, притягивая ближе. Он провёл языком по моим губам, а затем наградил глубоким, беспощадным, убийственным поцелуем. Джонатан приподнял меня за ягодицы, впиваясь ногтями в кожу. Ощущая, как его твёрдая, влажная плоть глубокими, ритмичными рывками погружается в меня, и слыша такой неприличный, но в то же время такой возбуждающий хлюпающий звук, я протяжно застонала.
Гакт оторвался от моих губ, и перевёл взгляд на Джона, вслушиваясь в его хриплое тяжёлое дыхание, и скользя взглядам по изгибам его крепкого мускулистого тела. Внезапно подавшись вперёд, он весьма страстно погладил его по бедру. От бедра его ладонь скользнула вверх по груди и животу. Несколько минут назад меня бы смутила такая, явно сексуальная, ласка одного мужчины к другому, но сейчас меня это неожиданно раззадорило ещё больше. Джон ответил Гакту таким…голодным взглядом, что тот явно не удержался от того, чтобы подразнить его ещё. Он приподнялся, и медленно, чувственно провёл пальцами по его шее, груди, коснувшись соска. Я почувствовала, как по телу Джона прошла сладостная дрожь. Он наклонился к другу, а тот потянулся к нему, и они поцеловались, в губы, страстно и развратно, сталкиваясь зубами. Камуи прижал ладонь к щеке друга, глядя горящим, бесстыдно похотливым взглядом в его затуманенные глаза, покусывая его губы, и тихо постанывая. Я повернулась настолько, насколько позволяла моя поза, и увидела то, отчего мой разум окончательно помутился. Пальцы Джона скользили вверх-вниз по снова гордо восставшему магнуму Гакта. Это зрелище довело меня до пика в один миг, и оргазм накрыл меня словно лавина. И не было ни единой возможности хоть как то замедлить это… Я коротко вскрикнула, наслаждение было ярким, пульсирующим, словно в такт с движениями Джонатана, и с ударами моего собственного сердца. Обессиленная, я привалилась к груди Джона, и обхватила руками его талию. Он толкнулся в меня ещё несколько раз, и кончил тоже. Из его груди вырвалось нечто, похожее на негромкое рычание. Он едва устоял на ногах, но я поддержала его. Гакт, что-то тихо напевая, поманил Джона к себе, и тот, оставив меня, опустился на стол рядом с ним. Я измученно отодвинулась как можно дальше от края стола, и откинулась на спину. Однако это была очень приятная усталость. Я зажмурилась, и расслабилась, чувствуя, как сонливая истома разливается по телу.
Гакт и Джон что-то нашёптывали на японском, но обращаясь только друг к другу. Я лениво повернулась к ним. Увидев, что они мило воркуют, не обращая внимания на меня, я снисходительно улыбнулась. Так вот вы какие...
-Мальчики! -окликнула их я, и они, наконец, взглянули на меня.
-Ах, извини, красавица. -Гакт придвинулся ко мне. Джон лег на живот с другой стороны от меня. Никогда не думала, что лежать на столе бывает так удобно!
-Спасибо. -сказала я. - Вы куда круче, чем я предполагала.
-Ммм, неужели. -Джон хитровато улыбнулся.
-Ты и сама превзошла все возможные и невозможные ожидания, Кэт. -промурлыкал Гакт, накручивая на палец прядь моих волос. -Смелая, горячая, сладкая…и кончаешь как пулемёт!
Я громко расхохоталась. Джон и Гакт подхватили веселье.
-Понравилась? -игриво спросила я Гаку. -Может, женишься?
Джон присвистнул, а Гакт крякнул в кулак.
-Прости, детка. -он покачал головой со снисходительной, и немного грустной улыбкой. -Жениться не могу.
Я обиженно надула губки, и отвернулась от него к Джону.
-Ну а ты?...
-Ну Кэтрин, ну… -промямлил тот.
-Нечестно! Вы оба теперь обязаны на мне жениться! -я треснула обоих по плечам. Они заржали. Очень смешно! Впрочем, как я могла на это надеяться?
-И вы что, вот так просто забудете обо мне? -спросила я. -Как будто меня и не было?
-Ну что ты. Теперь нам тебя не забыть. -сказал Гакт. -Каждый раз, когда я буду думать о Германии, перед глазами будешь ты.
-Буду в Берлине ещё, непременно свидимся, дорогая. -пообещал Джон.
-Аналогично. -добавил Камуи.
-Но ждать так томительно…-вздохнула я, подобно героине любовного романа, провожающей любимого на фронт.
-Если ты захочешь нас услышать, сказать что-то, мы всегда к твоим услугам. -Гакт вдруг достал из кармана брошенного пиджака ту самую красную ленточку, чёрную ручку, и дописал к уже имеющимся на ленточке надписям номера телефонов. -Вот по ним ты сможешь звонить. Не обещаю, что на каждый звонок мы ответим, но…если проявишь терпение…
Я поняла, что это сам по себе немалый подарок, и большее, на что я могу рассчитывать.
-Спасибо. -я сладко поцеловала его, потом Джона.
Гакт повязал ленточку мне на запястье.
-Но у нас будет условие, детка. -сказал он. -Если ты хоть кому-то расскажешь об этой ночи, то по этим номерам тебе никто не ответит, и у тебя не будет шанса встретиться с нами снова.
-Никто не должен знать. - вставил Джон, игриво коснувшись пальцем моих губ. -Это будет наша тайна, хорошо?
-Я поняла. -ответила я. Ах, как же я не хотела отпускать их! -А Чаче, Такуми и остальным вы не расскажете?
-Вот ещё! Велика честь всё знать. -заявил Гакт, и засмеялся. -Ты хочешь спать? Мы отвезём тебя домой, Кэт.
-Вы не останетесь хотя бы до утра? -прохныкала я.
-У нас самолёт в пять тридцать. Нас ждут. -ответил Джон.

Прошло всего полчаса, а я уже стояла у своего дома, глядя вслед уезжающему чёрному Maserati GranTurismo Как будто я спала, и вдруг проснулась. На часах второй час ночи, и всё ещё моросит дождь. Я стояла одна, на безлюдной улице, и уже не верила в то, что со мной случилось. Уж не пригрезилось ли? Вспомнив, я подняла рукав плаща, и увидела на запястье красную ленточку. Я отвязала её, и увидела заветные буквы и цифры написанные изящным мелким почерком Гакта. Я поднесла ленточку к лицу. От неё пахло его парфюмом! Боже, спасибо! Теперь я буду верить в мечты…

@темы: Gackt, NC-17, YFC

Midnight Verwolfess

главная